Горец и леди

Тогда малышка объяснила, что это в честь возвращения ее любимой Бри в Данридж.

– Это же случилось осенью, правда? – весело щебетала она. – Я хочу навсегда запомнить этот счастливый день.

Никто не заметил, как губы Антонии скривились в молчаливой усмешке, когда та услышала слова дочери.

Сприн пришла в восторг от прекрасных тканей. Когда спустя несколько минут она вышла из зала, чтобы отнести подарки наверх, то чуть не споткнулась на лестнице, не в силах оторвать взгляд от узорчатых материй.

А Йен поставил Хитреца на стол и, сняв с него старый желтый ошейник, застегнул вокруг шеи лисенка новый.

– Ну вот, – сказал он. – Что ты…

Хитрец высунул язык и лизнул его прямо в раскрытый рот.

– Фу! – Йен вытер губы рукавом рубашки, потом сделал глоток эля и опустил Хитреца на пол.

– Не забудь вымыть себе рот, любовь моя, – шепнула Бригитта, передразнивая его. – Я не выношу лисьего привкуса.

Собравшаяся за столом семья скоро разошлась. Гленда нехотя отправилась на урок с отцом Капланом, а Бригитта поднялась наверх, чтобы немного отдохнуть. Когда Черный Джек удалился к себе в кабинет, Йен взял кружку эля и уселся перед камином. Расслабившись, он вытянул ноги, закрыл глаза и стал представлять себе сына, которого, как он был уверен, носит Бригитта.

– Твоя жена – шлюха, – услышал он голос рядом.

Йен изумленно открыл глаза и уставился на Антонию, стоявшую перед ним.

– Что-что? – протянул он. – Ты что, с ума спятила? Да за такие слова я знаешь, что с тобой сделаю!..

– А от этого ничего не изменится, – спокойно возразила Антония. – Я говорю правду.

– Ты снова суешься в мою жизнь, – излишне размеренно произнес Йен. Антония поняла, что удар попал в цель. – Ты и так уже доставила мне достаточно неприятностей. Если это случится еще раз, я отправлю тебя к Маккинонам, обратно домой.

– И потеряешь дочь Малкольма?

– Гленда – урожденная Макартур, и она останется в Данридже.

– Ты ублюдок!

– Ошибаешься, дорогая, – язвительно сказал Йен. – Могу заверить тебя, что мой отец был женат на моей матери самым законным образом.

– А относительно ребенка, которого носит твоя жена, ты так же уверен? – небрежно бросила Антония. – Твоя супруга довольно долго странствовала, и наверняка не одна.

– Заткнись! – крикнул Йен. – При ней был Магнус Кэмпбел.

Антония иронически подняла брови.

– Вот как? А кто, позволю спросить, охранял ее от Магнуса Кэмпбела? – И с этими словами тут же исчезла.

Потрясенный, Йен бессильно откинулся на стуле. «Так как же Бригитта устраивалась на ночлег по дороге в Лондон?..» – в тысячный раз спросил он себя. Как он может быть уверен, что его первенец действительно его?

Немного вздремнув, Бригитта переоделась к ужину. В первый раз с тех пор, как они уехали из Эдинбурга, ей было хорошо и уютно.