Горец-дикарь

Несколько метко пущенных стрел также посеют среди них панику. Вид сэра Лукаса, подвешенного на веревке, а рядом с ним – ухмыляющегося Ранальда, который мучил его своим мечом, еще больше распалил людей Уильяма. Они начали рваться в бой, и такое воодушевление тоже было на руку Уильяму.

– Ранальд – проклятый сукин сын, – пробормотал Патрик.

– Да, и всегда таким был. Хоть я и узнал его недавно, после того как он встал на сторону Агнес, но сразу понял, что этот человек родился дурным и таким же умрет. – Уильям посмотрел на воинов, что стояли вокруг него. – Не спускайте глаз с сэра Лукаса. Убивайте любого, кто попытается к нему приблизиться. – Они кивнули, и Уильям дал команду двигаться в направлении хижины.

В хижине раздался приглушенный стон, вслед за которым последовали тревожные крики. Лукас перестал бороться с болью, которую в нем будили раны, нанесенные Ранальдом, и обернулся назад. Он увидел упавшего на пол мужчину, из спины которого торчала стрела. Лукас тут же обратил все свое внимание на Ранальда. Он очень хорошо понимал, что тот попытается убить его прежде, чем его освободят те, кто пришел к нему на помощь.

– Ах, эта мерзавка! – заорал Ранальд, помчавшись к отверстию в стене, которое когда-то было дверью. – Убейте его! – приказал он своим людям, указывая на Лукаса, а сам ринулся к лошади.

В течение одного напряженного момента мужчины, что были в хижине, смотрели на Лукаса. У некоторых в глазах появилось решительное выражение, но оно быстро исчезло. Когда еще один из них упал с ножом в горле, весь их интерес к Лукасу полностью пропал. Теперь их стало волновать только одно – как можно быстрее выбраться отсюда живыми.

Все закончилось прежде, чем Лукас успел отогнать мутную пелену боли, что закрыла ему глаза, и разглядеть кипевшую вокруг него битву. Еще одному мужчине удалось взобраться на лошадь и ускакать вслед за Ранальдом. Двое вообще не стали сражаться, а бросили на землю мечи и сдались. Остальные погибли, пытаясь добежать до своих коней."

"Когда Уильям со своим отрядом появились в доме, Лукас облегченно вздохнул. В какой-то момент, когда Ранальд истязал его, нанося многочисленные неглубокие порезы мечом, Лукас решил, что если ничто и никто не остановит его, то он так и умрет долгой и мучительной смертью. Хоть все его тело и болело, хоть он чувствовал себя так, как будто его разрезали на куски, а руки вырвали из плеч, Лукас понимал, что остался в живых. А это была хорошая причина для ликования.

– Ох, ну и котлету он из тебя сделал, да? – сказал Уильям, с помощью Патрика разрезая веревку.

– Да, – согласился Лукас, когда его осторожно опустили на землю. – Мне кажется, я сейчас закричу.

– Я ужасно удивлен, что ты не закричал раньше. На тебе, наверное, осталась тысяча порезов.