Горец-дикарь

Та злоба, которую я почувствовала в нем, когда он только у нас появился, куда-то исчезла.

– Ага, та самая злоба… Может быть, он наконец все тщательно обдумал и решил, что вы ему на самом деле не враг? Что вы невиновны в той беде, которая приключилась с ним год назад?

– Эта мысль тоже первой пришла мне в голову. Но почему он вдруг изменил свое мнение обо мне?

– Потому что все мы, кто хорошо знает вас, постоянно твердим ему, что он ошибается.

– Разве чужое мнение имеет для него хоть какое-то значение?

Энни тихо рассмеялась.

– Да. Печально, но тут вы правы. Тогда я не знаю, в чем причина. Может быть, он узнал что-то новое, услышал, как о вас говорил человек, мнение которого не стоит игнорировать? Тот, кто ire является вам ни другом, ни родственником?

– Но где же он мог найти такого человека?

Энни пожала плечами:

– Не знаю. Ваши люди не очень-то охотно рассказывают мне о том, чем они занимаются, как сейчас идет война против Ранальда и Агнес. Когда они что-то и обсуждают при мне, то обычно это новости о людях, живущих в селении, и тому подобное. Если бы Лукас услышал что-либо важное или побывал в таком месте, где он мог бы подслушать важный разговор, то Уильям бы точно уже знал об этом. Всем ясно, что Лукас относится к нему как к вашему заместителю.

– Это хорошо, именно такой пост он и займет, когда я верну себе Данлохан. – Кэтрин нахмурилась. – Интересно, как Лукас узнал об этом? Ведь я ему ничего не говорила.

– Ну, мужчины в таких делах ведут себя, как собаки. Кажется, будто они всегда могут нюхом учуять вожака стаи.

– Я очень надеюсь, что они все же вынюхивают его не так, как это делают собаки. – Энни захихикала, и Кэтрин тоже не смогла сдержать улыбки. – Ладно, хватит об этом. По крайней мере сэр Мюррей сделал правильный выбор и не будет вести себя оскорбительно но отношению к Уильяму."

"– Это точно. К тому же оскорбленным посчитает себя не только Уильям, но и его братья.

– И тогда моя маленькая армия превратится в стаю грызущихся волков, от которых мне не будет никакого толку. Не очень приятная мысль. – Кэтрин нахмурилась, и ее мысли тут же устремились к таинственной перемене в настроении Лукаса. – И все же, если сэр Мюррей что-то услышал и теперь знает всю правду, почему он прямо не сказал мне об этом?

– И не извинился за то, что так плохо думал о вас.

– Да. Он ни словом не обмолвился об этом. Логичней было бы предположить, что оп мог бы по крайней мере дать мне знать, что ошибался, и объяснить, почему теперь переменил свое мнение обо мне.

– Ага, вот вы до нее и добрались.

– До чего добралась?

– До причины, по которой он вам ничего не сказал. Предположим, что сэр Мюррей услышал разговор, заставивший его в конце концов разглядеть правду, которая все это время лежала у него под носом.