Горец-дикарь

Но больше всего ее удивило то, что в его голосе не было и намека на злобу или упрек. Ей отчаянно захотелось попросить Лукаса, чтобы он поподробнее рассказал о том, как ему удалось спастись и так хорошо излечиться. Но она боялась, что разговор на такую тему разрушит тот хрупкий мир, который установился между ними.

Лукас наблюдал за хороводом эмоций на лице Кэтрин, стараясь не улыбнуться. Она была очень сообразительная. Кэтрин уже чувствовала перемену в его отношении к ней, и это ставило ее в тупик. «Может, этого будет достаточно, чтобы она вновь поверила мне?» – спросил себя Лукас и нахмурился. Он знал, что обязан принести ей самые глубокие извинения, и уже хотел сделать это прямо сейчас, но слова застряли у него в горле. Что, если он и дальше будет показывать Кэтрин, как сильно изменилось его мнение насчет нее? Может быть, по его поступкам она сама поймет, что он больше не считает ее предательницей. Это был трусливый путь, но Лукас все-таки решил пройти по нему немного, хотя бы ради того, чтобы уберечь себя от унижения, открыто называя себя полным идиотом.

– Ты любишь играть в шахматы? – спросил Лукас.

– Да, но я настолько слаба, что у меня дрожат руки. Я не смогу передвигать фигуры, – сказала она.

– Ты можешь просто сказать мне, какой ход ты хочешь сделать, и я поставлю ее за тебя. – Он посмотрел на стоявшую в углу корзину, в которой аккуратной небольшой стопкой лежали книги. – Или я могу почитать тебе немного.

Кэтрин почувствовала прилив нежности к Лукасу, который так искренне о ней заботился. Она подавила улыбку и сказала:

– Думаю, тебе лучше почитать. Мне бы это больше пришлось по душе. У меня не хватит силы сосредоточиться на игре, а я ведь не хочу тебе проиграть.

Лукас изумленно посмотрел на нее, и они оба рассмеялись.

– Какую книгу? – спросил он, подошел к корзине и начал просматривать заглавия.

– Мне все равно. Любую, которая тебе понравится. У меня такое чувство, что я не смогу слушать долго и скоро засну.

Лукас выбрал книгу стихов и песен, решив, что короткие сочинения трубадуров и старые баллады подойдут лучше всего. Он сел в кресло рядом с кроватью Кэтрин и начал читать. На губах Кэтрин появилась слабая улыбка, и это подбодрило Лукаса. Он понял, что остановил свой выбор на правильной книге. На его вкус в ней было слишком много цветистых фраз, но Кэтрин такой стиль явно доставлял удовольствие, а сейчас это было самым главным.

Вскоре глаза Кэтрин сомкнулись. Лукас посмотрел на нее и еще немного почитал, но ее веки ни разу не вздрогнули, и он наконец отложил книгу в сторону. Лукас нагнулся вперед и легким движением провел пальцами по ее щеке, стараясь не вздыхать, словно глупый мальчишка, который впервые влюбился и не знает, как совладать с волнением. Кэтрин была прекрасна, это признавали все.