Горе господина Гро

Собирался, конечно, но не успел, он в первую же ночь заявил, что на интерес играют только неразумные дети и нищие орденские послушники. Думаете, я стал возражать? Тогда вы плохо меня знаете! — Для пущей убедительности Джуффин скорчил гримасу, символизирующую крайнюю степень алчности, но долго не продержался, снова расплылся в улыбке. — Зачем призраку деньги, говорите? Я его не расспрашивал, но догадаться несложно. Сэр Хумха, видите ли, очень переживает, что завещал почти все состояние дальним родственникам, ущемив таким образом ваши права. И, как я понимаю, хотел исправить эту несправедливость. Поскольку я поддавался ему довольно часто, сэр Хумха решил, что у него появился неплохой шанс подзаработать. Копеечка к копеечке, а лет пятьсот спустя, глядишь, целое состояние скопилось, можно приятно удивить наследника…

Я внутренне содрогнулся. Пятьсот лет, подумать только! Хорошие же у отца были планы, нечего сказать. Даже не верится, что он их изменил.

— Ну вот, — продолжал Джуффин. — Я, понятно, следил, чтобы сэр Хумха всегда оставался в небольшом выигрыше. Откладывал его деньги в специальную шкатулку, он-то не мог держать их при себе, даже в руки взять затруднялся. Но мне, хвала Магистрам, вполне доверял, пересчитывал свои сокровища всего дважды в день, а не каждые полчаса — по-моему, я произвел на него очень неплохое впечатление, как вы считаете?

Я не выдержал и рассмеялся. Ему бы на ярмарке в Нумбане выступать, конечно. Великий был бы комедиант, со всех концов Соединенного Королевства поклонники съезжались бы.

— Все, как видите, было предельно просто, — скромно сказал Джуффин. — Мне только и оставалось — дождаться момента, когда на сэра Хумху низойдет подлинный азарт. Такое рано или поздно случается с каждым игроком. Он чувствует близость удачи и снисходительно взирает на соперника, внимание рассеивается, разум туманится, а поражения заставляют его сердиться и делать все новые ошибки; надо бы срочно прекратить игру, но удовольствие от нее возрастает с каждой партией, так что встать из-за стола решительно невозможно.

— Поразительно, — вздохнул я. — До чего только люди себя не доводят. Выходит, и Хумха таков? Вот уж не подумал бы.

— Любой настоящий игрок через это проходит, — пожал плечами Джуффин. — А сэр Хумха — настоящий игрок, просто до сих пор у него не было возможности как следует развернуться. Пока не встретишь достойного соперника, любая карточная игра — довольно скучное занятие.

— Вам виднее, — согласился я. — И что, Хумха продул все свои денежки, и тогда вы предложили большую ставку?

— Ну да. Но сперва все же дал ему чуть-чуть отыграться. Чтобы предчувствие удачи превратилось в уверенность. Сказал, дескать, что это мы, как студенты, на мелочь играем.