Извращенная Гордость

— Когда-то Фабиано был хорошим мальчиком. Златовласка с раскаянием в скрипучей чистой белой рубашке, но теперь он мой силовик.

Фабиано фыркнул.

— Я никогда не был хорошим и определенно не являлся златовлаской.

— Мне нужно приготовить ужин. Поможешь мне с банкой горчицы на кухне? Я не могу ее открыть, — сказала Киара.

Я кивнул в сторону Фабиано.

— Он может тебе помочь.

Киара нервно переступила с ноги на ногу, ее глаза скользнули к Фабиано, потом обратно ко мне. Мои брови взлетели вверх. Я поднялся на ноги. Фабиано слегка пожал плечами.

— Леона будет здесь через пять минут.

Я последовал за Киарой на кухню и взял банку горчицы, которую она протянула мне.

— Я не думал, что доживу до того дня, когда кто-то будет бояться меня меньше, чем Фабиано или кого-то еще.

Киара покраснела.

— Я знаю, что с тобой я в безопасности, — тихо сказала она.

Черт, так оно и было. Я протянул ей открытую банку.

— Держи.

— Спасибо.

— С Фабиано ты тоже в безопасности, — сказал я ей.

— Я знаю, — сказала она. — Но требуется немного больше времени, чтобы сообщение дошло до моего мозга.

— Ты должна остерегаться мозга, который заставляет тебя любить моего брата и доверять мне, Киара, — пробормотал я.

Она рассмеялась.

— Дело не в мозге, а в сердце.

Я сузил глаза, повернулся на ботинках и вышел, не в настроении для эмоциональной ерунды.

Г Л А В А 9

• ────── ✾ ────── •

СЕРАФИНА

Я не была уверена, что Римо собирался сломить меня, позволив целый день мучиться собственными мыслями. Мне ничего не оставалось делать, кроме как заново пережить сегодняшний поцелуй, разрываясь между чувством вины и вспышкой ужасающего возбуждения, потому что этот поцелуй был не похож ни на что, что я когда-либо чувствовала раньше. И каждый раз, когда я это осознавала, моя вина удваивалась. Не только потому, что Данило был мужчиной, которого я должна была целовать, но и потому, что Римо был последним мужчиной, которого мне разрешили поцеловать."

"Всякий раз, когда Сэмюэль возвращался с вечеринки с друзьями, пока я торчала дома, меня захлестывала волна тоски и завести. Я хотела быть свободной, чтобы веселиться с ним, но это было бы моей гибелью — даже если бы Сэмюэль был на моей стороне, чтобы защитить мою честь. Я не могла быть замечена в клубе, и танцевать всю ночь напролет. У нас было несколько тайных домашних вечеринок, которые были волнующими, даже если Сэмюэль был приклеен ко мне каждую секунду, поэтому никто из его друзей не приближался ко мне. Не то чтобы кто-то из них осмелился бы. Все они были членами мафии или на пути к тому, чтобы стать одними из них. Мой отец был младшим боссом. Мой дядя был боссом. Мой жених ничем не хуже босса Индианаполиса, а брат членом мафии.