Извращенная Гордость

Я уничтожу каждого гребаного человека, который войдет в чертову клетку в качестве моего противника.

— Это не заставит тебя скучать по ней меньше.

Я бросился на него в слепящей ярости. Впервые в своей гребаной жизни я напал на брата.

Нино блокировал мой кулак и сделал шаг назад, и я резко остановился, осознав, что делаю. Моя грудь вздымалась, когда я смотрел в осторожные серые глаза брата.

Джерри убежал, и мгновение спустя Фабиано ворвался внутрь, но замер, увидев меня и Нино лицом друг к другу, стоящими почти грудь к груди.

— Черт, — прохрипел я, делая шаг назад. Я протянул руку с татуировкой, ладонью вверх. Молчаливое извинение, единственное, на что я был способен. Фабиано повернулся, оставив нас одних. Нино взял нас за руки, моя рука на его татуировке, на его шрамах, а его ладонь на моей.

— Ты прошел через огонь ради меня, Римо, — сказал он тихо, умоляюще, — Но ты должен знать, что я сделал бы то же самое ради тебя. Я бы не попросил тебя отослать ее обратно, если бы знал ... и я пойду прямо на территорию наряда и верну ее, если ты этого хочешь.

— Я не этого хочу.

— Она не вернется к тебе по собственной воле.

— Пусть будет так. А теперь найди кого-нибудь, кого я смогу убить, и организуй гребаный смертельный бой.

Нино сжал мою руку и отпустил.

— Мне кажется, впервые в жизни я завидую твоему отсутствию эмоций.

Г Л А В А 20

• ────── ✾ ────── •

РИМО"

"— Если они не прибудут в ближайшее время, я начну без них. Мне плевать, оскорбляет это Луку Витьелло или нет, — прорычал Фабиано, стоя над отцом, который лежал на боку на земле с заклеенным ртом и связанными руками и ногами. Он уставился на сына широко раскрытыми от ужаса глазами.

— Они будут здесь с минуты на минуту, — пробормотал я.

Я видел, что Фабиано почти не слушает. Он был слишком сосредоточен на отце. Он долго ждал этого момента. Черт, я понимал.

Я сделал бы все, чтобы замучить отца до смерти. Я все еще помнил тот гребаный день, когда я узнал, что мой предатель сводный брат убил мудака, о чем я мечтал с тех пор, как понял, что наш отец не был непобедимым Богом, которым он себя выдавал. Что он может, фактически, быть убитым. С самого детства я мечтал стереть отца из нашей жизни. …

Если бы существовал ад, я бы пошел прямо в него, чтобы заключить сделку с дьяволом, чтобы он дал мне шанс убить человека только один раз. Может быть, дважды.

— Я больше не тощий мальчишка, которого ты можешь мучить ради собственного удовольствия, не так ли?

Пробормотал Фабиано, присаживаясь на корточки перед ним. Я гордился своей страшной улыбкой, но выражение лица Фабиано превзошло все. Сегодня он получит удовольствие.

Дверь со скрипом отворилась, и Фабиано выпрямился. Вошел Нино, за ним Маттео и Ромеро. Я был удивлён, когда Лука сказал мне, что пошлет их, но не придет сам.