Гордиться, а не каяться!

настоял на выводе на Ближний Восток отдельных подчиненных ему наиболее боеспособных частей. А затем, глубоко убежденный в скором и неизбежном поражении СССР, вынудил советское правительство 13 июля того же года согласиться на эвакуацию через Красноводск в Иран польской армии в полном составе. Тогда же прекратилось и только что наладившееся сотрудничество Армии Краевой (АК), подпольных вооруженных сил на территории Польши, с командованием Красной Армии.

Теперь советско-польские отношения стали чисто формальными, но и такими они оставались недолго. После поражения в Сталинграде нацистская пропаганда решила использовать давно известный Берлину факт расстрела в Катыни польских генералов и офицеров, надеясь с помощью широкой шумной огласки этого добиться разрыва отношений, боевого союза СССР не только с Польшей, но и с Великобританией, США. Но провокация удалась лишь частично. 25 марте 1943 г. Молотов вручил Т. Ромеру, послу Польши, ноту, в которой было объявлено о разрыве дипломатических отношений между СССР и польским эмигрантским правительством.

В создавшихся не имевших прецедента, донельзя своеобразных условиях советскому руководству оставалось лишь одно: как можно скорее подыскать более надежного, покладистого партнера для предполагавшихся в будущем переговоров, найти или создать политическую структуру, выступившую бы как общенациональная, обладающая не меньшей, нежели правительство Сикорского, легитимностью, а вместе с тем такую, которая безусловно признала бы линию Керзона как единственно приемлемую восточную границу освобожденной от оккупантов возрожденной Польши."

"События, последовавшие за разрывом дипломатических отношений с эмигрантским правительством, продемонстрировали, что они оказались неожиданными для Кремля, застали его врасплох. Москва в тот момент еще не располагала, как Великобритания и США во Франции — выбором между генералами Жиром и де Голлем, необходимой альтернативной польской политической структурой, даже не была готова к ее созданию искусственно. Потому-то советское руководство вынуждено было поначалу использовать Союз польских патриотов (СПП), общественную организацию, созданную в январе 1943 г. во главе с писательницей Вандой Василевской для исполнения весьма ограниченной роли — проведения просоветской пропаганды среди поляков, находившихся в СССР. Только поэтому СПП и пришлось выступить 6 мая формальным инициатором создания новых польских частей.

С этого момента польская проблема оказалась предметом заведомо безрезультатного обсуждения Сталина с Черчиллем и Рузвельтом. Было совершенно очевидно: ни Сталин, ни тем более Молотов ни на какие серьезные уступки в вопросе о границах не пойдут.