Судьба горца

Прежде чем начать громко стонать, она выждала час, справедливо рассудив, что за это время Балфур либо окажется слишком далеко от этой части замка, либо его внимание поглотят другие неотложные дела, коих у лэрда всегда немало. Уже третий стон вызвал сильную обеспокоенность у тюремщика. Услышав глухой скрежет дверного засова, девушка поняла, что за дверью прислушиваются к происходящему в комнате. Еще один громкий стон заставил стражника распахнуть дверь. Мэлди с трудом удержалась, чтобы не расплыться в улыбке, увидев столь явное выражение тревоги на лице мужчины. Она сидела на кровати, держась за живот и раскачиваясь взад и вперед, жалобно постанывая.

– Что с вами? – спросил охранник, появившись на пороге комнаты.

– Мне нужна помощь, позовите кого-нибудь из женщин, – попросила она, втайне радуясь тому, насколько хрипло и слабо звучит ее голос.

– У вас что-то болит?

– Олух, это женское недомогание, и мне требуется помощь, оказать которую способна лишь женщина, – раздраженно выкрикнула Мэлди, а затем снова застонала, создавая видимость, что даже простое повышение голоса способно многократно усилить ее страдания. – Приведи кого-нибудь из служанок.

Охранник быстро отступил назад и запер дверь. Скорость, с которой мужчина ретировался из комнаты, вызвала на лице Мэлди довольную усмешку. Что ж, как она и предполагала, одно лишь упоминание о женской слабости прекратило все дальнейшие расспросы. Как правило, эта тема повергала в священный ужас даже самых храбрых из воинов, мужчин, способных в пылу битвы и глазом не моргнув нанести противнику жуткую рану или смотреть на изувеченные тела своих товарищей. Заслышав торопливо приближающиеся шаги, Мэлди поспешно скрючилась в прежней позе и снова принялась стонать. Достаточно громко, чтобы поддержать веру в свое притворство. Бедняжку Дженни впихнули в комнату, захлопнув за ней дверь. Стражник явно не испытывал никакого желания вмешиваться в происходящее, постаравшись оградить себя даже от случайной возможности услышать что-либо.

– Что случилось, госпожа? – обеспокоенно спросила Дженни, быстро приблизившись к кровати, и участливо накрыла ладонью руку Мэлди.

А та, вглядевшись в юное личико с добрыми голубыми глазами, обрамленное каштановыми кудрями, мысленно прокляла Балфура. Просто ужасно, что ей придется причинить Дженни боль. Даже при том, что Мэлди не собиралась наносить девочке реального вреда, сама мысль, что придется ударить это беззащитное создание, была невыносима. Дженни ничем не заслужила подобной участи, как, впрочем, и наказания, которому бы ее обязательно подвергли, если бы она позволила Мэлди сбежать.