Крысиные гонки

Ромин сын не подавал признаков присутствия, валяясь на раскладушке за занавеской и терзая, за неимением интернета, какую-то компьютерную игрушку на ручной приставке с экраном.

Похмельный Рома выбрался на крыльцо только к обеду; мутным взглядом оглядел двор, попытался сфокусировать взгляд на Владимире, что как раз отжимался на кулаках, забросив ноги на чурбан возле сарая; сплюнул тягучей слюной на залаявшего Артишока и обратился к правящему пилу возле крыльца Вовчику:

— Эта… Рассолу нету? Ладно, у меня алко-зельцер в машине…

Развалистой походкой заковылял было к машине, но тут же обернулся и с тревогой спросил:

— Я вчера… эта… про что говорил? А?

— Да про всякое, Рома, про всякое, — Вовчик поднял голову, прислушался: где-то по улице трещал мотоцикл. Мотоцикл? Вроде как точно, мотоцикл. Откуда бы…

— А про… ну, чем я занимался там, и вообще?

— Ну как же, Рома, про бизнес беседовали, ага.

— Ох ты бля. А про… про золото что говорил, нет?

Вовчик сразу уже понял, что Рому мучает, не наговорил ли он лишнего, и не подставится ли он своей болтовнёй под «раскулачивание», потому заверил его:

— Не, Ром, какое золото? Только что перстнем ты вон хвастался, да гимнастом на цепуре. А так мы в основном про политику.

— А… Ладно, — успокоился тот, — А здесь, в селе, купить где что можно? А?

— Не знаю, Рома, что тебе надо, не знаю. Но ты походи по дворам, поспрашивай. Походи…

— А. Ну да. Щас перекушу — и двину…

В это время на краю деревни, там, куда утрещал мотоцикл, треснула автоматная очередь.

Вовчик, в отличии от похмельного Ромы, сразу понял, что это была именно автоматная очередь, — сказался и «опыт» нахождения в центре боя во время властного передела в Мувске. Тут же рядом с крыльцом появился и Владимир, торопливо натягивая футболку. Напряжённо прислушивались.

— Это чо?.. — подал голос от машины враз протрезвевший Рома, — И часто у вас так?..

После паузы там же сухо треснули два пистолетных выстрела. И снова наступила тишина.

Через некоторое время вновь закричали, перекликаясь, петухи; забрехали собаки. Вроде как ничего и не случилось. Но непроизвольно напрягался слух, не верилось, что… что? Что всё кончилось? А что кончилось? Откуда в деревне автомат??

— Это там… Ну, где девки из коммуны сегодня должны работать… — прошептал Вовчик.

— А… Ну да. Чёрт… Ну чё?.. Туда? — взгляд Владимира упал на топор, торчащий в чурбаке у сарая. Так и представил себя, бегущего на выручку — с топором… То с колом, то с топором. Туда, где только что стреляли из автомата. Чёрт побери!..

— Вадим! Вади-и-м! Ты слышал??! — заорал Вовчик, кидаясь к забору, граничащему с участком Вадима.

«Точно.