Гончарное дело попаданки или Кирпич на вашу голову

А как бы я его узнала, если никогда не видела? Хотя были портреты в замке, но такого качества, что по ним узнать Хорта точно было невозможно.

— Я потеряла память, — сказала, делая опять шаг назад.

— Ты можешь не лгать мне, Альрина. Я знаю, кто ты. Можно забыть мужа, можно забыть своё имя, но невозможно получить драконицу. И невозможно стать настолько другой, как ты, моя девочка.

Хорт не отставал и сделал опять шаг ко мне. Было до дрожи страшно услышать, что он скажет дальше.

— Мне стало интересно, Альрина. Я захотел узнать тебя ближе. Понять, почему именно ты пришла в наш мир, почему именно в тело Альрины. Я многое понял. Если ты захочешь узнать, я готов поделиться своими догадками, и мы вместе найдём им доказательства. Но всё это просто причины, Альрина. Главное — я хотел, чтобы ты узнала меня не герцогом Массийским, а простым наёмником. Я хотел, чтобы ты полюбила меня, а не мой титул.

— Ты врал мне! — я вспомнила его слова о муже, которого он обзывал дураком, его поцелуи, его разговоры о свадьбе...

И рука сама замахнулась отвесить смачную пощёчину. Хорт перехватил руку, мягко, нежно прижал мою ладонь к своей щеке, улыбнулся так, как может улыбаться только он.

От его улыбки бабочки в животе, ноги подкашиваются... Колючка удивлённо рыкнула, типа спрашивая: «Ты сейчас серьёзно?» Я вырвала свою руку из его ладони и спрятала за спиной.

— Врал, — согласился Алан. — Признаю. Чувствовать от тебя настоящие чувства было так сладко, я не мог остановиться. Ты моя, Альрина Терра. Ты согласилась выйти за меня замуж. Я знаю, что ты пришла из другого мира. Тебе не нужно ничего скрывать от меня, притворяться другой. Я люблю тебя, девочка моя. Просто согласись, что то же самое чувствуешь ко мне.

Если бы не Имара, я, наверное, поверила бы его словам. Кто не поверит словам мужчины, который нравится, из-за которого по-настоящему хорошо? Но было одно «но» во всём этом:

— А как же Имара?

— Имара? — Алан по-настоящему был удивлён моим вопросом.

Гад такой, даже не думает о девушке, которую использовал и бросил! Я опять разрывалась. С одной стороны, я была рада, что она ему безразлична, такое сразу чувствуешь. Но с другой стороны, мне было обидно за Имару. И мне было неприятно от этого раздрая.

Ну почему я просто не могу задать ему прямой вопрос — является ли Имара его любовницей? Да потому что трусиха! Потому что боюсь услышать его ответ. Нужно настроиться, нужно подготовиться морально. Божечки! За что мне такие волнения в моём-то возрасте?!

— Я собираюсь расспросить её о бароне, — тем временем говорил Хорт. — Кстати, как и тебя. Вся семья Рошмур в темнице. Если их связь с тёмными подтвердится, они будут казнены.

— Ты не пожалел даже тётушку? — удивилась я.

— Она всегда знает обо всех затеях своих детей, Альрина.