Последняя из рода Мун: Семь свистунов. Неистовый гон

Люди суетились, пытаясь понять, как действовать в такой необычной ситуации. В ратуше, наверное, тоже царил хаос."

"Элейн всюду ходила за Оддином, который хоть и выглядел хмуро, держался хорошо: был собранным и раздавал указания, пытаясь решить сотню вопросов одновременно.

Только одно дело он откладывал как мог. Они не обсуждали это с Элейн, но она отчего-то догадывалась, что Оддин готов был съездить в Кападонию и обратно, но только не идти домой к госпоже Торэм.

Однако день закончился, все, что нужно, было сделано, и Оддин тяжело посмотрел на Элейн.

– Хочешь, я пойду с тобой? – спросила она.

Он кивнул быстрее, чем она закончила вопрос.

Дверь им открыла уже знакомая служанка. Она выглядела обеспокоенной, но не более, и Элейн решила было, что до этого дома новости еще не добрались. Однако прежде чем впустить нового хозяина и его гостью, девушка прошептала:

– Госпоже Торэм сообщили о трагедии. – И чуть подумав, добавила: – Господин Донун недавно приехал и все рассказал.

Оддин толкнул дверь, пролетел мимо служанки и ворвался в гостиную. Элейн поспешила следом.

Госпожа Торэм стояла у окна, опираясь о подоконник. Ее лицо будто потеряло все краски. Донун стоял рядом, и, хотя он и не прикасался, казалось, находился слишком близко к ней. Когда Оддин вошел в комнату, гость сделал пару осторожных шагов в сторону. Госпожа Торэм же, заметив сына, ринулась ему навстречу. Они обнялись. Элейн в это время прожигала взглядом Донуна. Чего он ожидал? Что, рассказав женщине столь ужасающие новости, в благодарность получит от нее теплый прием?

– Оставим их, – прошептала Элейн.

Донун даже не сразу понял, что она обращалась к нему. С сомнением оглядев ее с ног до головы, он бросил взгляд на Торэмов и кивнул.

Они оказались в холле.

– Ужасно то, что произошло, правда? – сказала Элейн, подходя к комоду с серебром. Коснувшись кончиками пальцев подсвечника, она вздохнула: – Мы с Оддином были там, когда это случилось.

Она услышала заинтересованное: «Мм?» – и загадочно продолжила:

– По нему пели семь свистунов.

– Да, я слышал об этом, – отозвался Донун.

Он прошелся по комнате и, прочистив горло, спросил:

– Еще слышал, говорят, кто-то что-то сказал про Думну?

Элейн кивнула.

– Да, что семь свистунов так же пели в Думне. И что Ковин был там тогда. Но, видимо, сумел избежать смерти?

Она повернулась к собеседнику, глядя на него невинным взглядом.

Тот снова прокашлялся и кивнул.

– Кто-то сказал, что его настигла кара, – прошептала Элейн, будто делясь секретом. – А он говорил, что не виновен в том, что случилось. Что не он отдал приказ.

Элейн дернула плечом.

– Что бы это могло значить? – произнесла она почти безразлично, лишь с нотками любопытства.