Голый завтрак

) Наркоманов, пристрастившихся к жидкости Отщепенцев, называют Рептилиями. Несколько Рептилий с их гибкими костями и черно-розовой плотью развалились в креслах. За ушами у них растут веера из зеленого хряща, покрытого полыми, способными напрягаться волосками, через которые Рептилии впитывают свою жидкость. Веера, которые время от времени шевелятся от прикосновения невидимых потоков, служат также неким средством общения, известным только Рептилиям.

Во время возникающей раз в два года Паники, когда Город с адским шумом штурмует жестокая Полиция Грез, Отщепенцы скрываются в самых глубоких расщелинах стены, герметически закрываясь в глиняных ячейках и целыми неделями пребывая в биостазе. В эти мрачные, страшные дни Рептилии все быстрее и быстрее носятся по улицам, с воплями обгоняя друг друга на сверхзвуковой скорости, и их гибкие черепа колышутся на зловещих ветрах агонии, типичной для ничтожных тварей.

Полиция Грез распадается на катышки гнилой эктоплазмы, выметаемые старым джанки, кашляющим и харкающим на утренних ломках. Появляется Человек Отщепенцев с алебастровыми кувшинами жидкости, и Рептилии приходят в себя.

Воздух вновь неподвижен и прозрачен, как глицерин.

Матрос увидел свою Рептилию. Он переместился поближе и заказал зеленый сироп. У Рептилии были маленький круглый дискообразный рот из бурого хряща и ничего не выражающие зеленые глаза, почти полностью закрытые тонкой пленкой век. Матрос подождал часок, и наконец тварь уловила его присутствие.

– Есть яйца для Толстяка? – спросил он, и от его слов слегка зашевелились волоски на веере Рептилии.

Рептилии потребовалось три часа, чтобы поднять три прозрачных розовых пальца, покрытых черным пухом.

Несколько Мясоедов лежат в блевотине, не в силах пошевелиться. (Черное Мясо, подобно испорченному сыру, невыразимо приятно на вкус и вызывает тошноту, так что едоки едят, блюют и снова едят, пока не упадут в изнеможении.)

Скользящей походкой вошел накрашенный юноша и схватил одну из больших черных клешней, источавших сладкий тошнотворный запах, клубившийся по всему кафе.

Все похожи на наркоманов…

Погулял немного в больничном дворике… Кто-то пользовался без меня моими ножницами, они испачканы какой-то липкой рыже-бурой дрянью… Наверняка эта сука-медсестра подстригает свою мочалку.

Жуткого вида европейцы захламляют лестницу, перехватывают сестру, когда мне нужно лекарство, выливают в раковину мочу, когда я умываюсь, целыми часами занимают туалет – вероятно, пытаются вытащить напальчник с бриллиантами, который запрятали в жопе…

И в самом деле, по соседству со мной обосновался целый клан европейцев… Престарелая мамаша легла на операцию, и там же поселилась дочь – проследить, чтобы старую манду обслуживали как следует.