Голые чувства

Хватов завел Сладу в комнату, развернул к себе, крепко схватил за затылок и приблизился к ней, зарычал в лицо:

— Ты моя, запомнила? Моя! Ты ни с кем не можешь трахаться, кроме меня! Еще один залет, Слада… один маленький залет… Лучше не доводи меня до греха. Я могу быть добрым, а могу быть очень злым! Ты меня с плохой стороны еще не видела. Никогда не смей мне изменять…

— Я не изменяла! — вдруг выкрикнула она.

— Когда я говорю, ты молча слушаешь! — продолжил он рычать. — Ответь, на кой черт тебе понадобилось ехать домой именно сегодня, если не для встречи с этим ублюдком?

— Я… я вещи хотела забрать…

— Какие такие вещи могли тебе понадобиться? Отвечай быстро!

— Фильку хотела взять… — надтреснутым голосом ответила Слада.

— Какой на хрен Филька?! — взревел Данил, не на шутку взбесившись.

— Моя мягкая игрушка… я просто… я к нему привыкла…

— То есть ты хочешь, чтобы я поверил, что ты вернулась в квартиру не ради встречи с бывшим, а ради какой-то игрушки?! Тебе сколько лет, Слада? Что за хрень?

Игрушка… ага, как же. А Левицкий там нарисовался абсолютно случайно. Только вот если что-то ходит, как утка, и крякает, как утка, то с большой долей вероятности это утка и есть.

Белоснежка вполне могла сегодня ему изменить, он чудом предотвратил.

— Ну? Чего замолчала? — Данил еще больше навис над ней, готовый выйти из себя.

— Я всё как есть тебе сказала… — пробубнила она. — Но ты не веришь! Что я еще могу сказать?

— Я не прощаю измен! Я за них очень жестоко наказываю. До сегодняшнего дня ты наслаждалась моим хорошим к тебе отношением, но всё это закончится враз, если я еще хоть раз тебя на чем-то поймаю! Я тебя в подвале запру, а ключ на хрен выкину, ты усекла?

— Да…

— Делай выводы!

— Залетов не будет.

От ее обещания ему не стало легче. Внутреннее напряжение всё больше росло.

Хм… желанная девочка вся в его распоряжении.

Он мог сделать с Белоснежкой что угодно. Для лучшего снятия стресса очень подошла бы поза сзади. Хватов мог прямо в тот момент содрать с нее юбку, трусики, нагнуть и от души надавать по заднице, а потом взять без всяких прелюдий и жалости. Грубый, ритмичный секс точно прочистил бы ему мозги.

«Стоп… стоп… дыши…» — скомандовал себе.

Он с огромным трудом приручил девчонку. Из кожи вон лез, чтобы она начала получать в его постели хоть какое-то удовольствие. Если грубо возьмет, как-то поранит, синяков наставит, то все труды насмарку, она просто перестанет ему доверять. А на контакт другого рода он этим вечером не способен.

— Слада, иди в свою комнату… — прошипел зло. — И не показывайся мне до завтра ради своего же блага!"

"Проводил взглядом Милову и зашагал в свой кабинет с одним желанием — крепко выпить. Но даже этого ему сегодня не суждено было сделать.