Голые чувства

Тем более что Хватов позвал ее на благотворительный бал. Наверное, просто хотел, чтобы Слада не упала в грязь лицом, ведь возле него должна быть во всех отношениях достойная женщина.

И рука Слады потянулась к зеленому шелковому платью с открытым верхом.

Село так, как будто на нее и шили.

* * *Пиарщик вошел в переговорную с большим количеством папок в руках, внезапно оступился, умудрился чуть не упасть и обронил одну из папок. Глаза его расширились, он было потянулся за оброненным, но понял — если попытается поднять, стопроцентно уронит всё остальное.

— Подождите, я помогу, — с улыбкой проговорила Слада и поспешила на выручку.

Наконец папки оказались на столе. Чего в них только не было: графики, схемы, данные — в общем море всего.

Хватову очень понравилось, с каким рвением Слада кинулась вперед, а потом помогла разложить бумаги.

«Всё-таки она сильно осмелела на работе», — отметил Хватов.

Драгоценная девочка набралась опыта, многому научилась, стала проявлять больше инициативы и оказалась на редкость внимательной служащей. Он был ею очень доволен. Будто специально сделана для его фирмы и… для него самого.

Данил довольно хмыкнул, откинулся на спинку кресла, с интересом уставился на пиарщика через стол. Парень меж тем покраснел, и начал чертить на доске график, пояснять нюансы."

"По всему было видно: Милова уже слышала его презентацию, поскольку даже кивала в такт некоторым словам. Служащий старался поразить Хватова и его бизнес-партнера, но явно перенервничал, поскольку не привык выступать. Хотя в целом парень толковый, можно сказать, самородок. И не будь он страшен, как смертный грех, да к тому же женат, Хватов, может быть, даже забеспокоился бы.

Впрочем, он дал себе зарок: больше Белоснежку без причины не ревновать.

С тех пор как помирился с ней, прошло две недели. И это были, наверное, самые счастливые две недели в его жизни. Данил не жил, а летал по облакам. Драгоценная девочка приняла его подарки, более того, надевала их для него, когда они выходили в свет. Послушная, милая, податливая, страстная… он мог подобрать для нее тысячу прилагательных. Если бы умел писать стихи, посвятил бы их все ей и только ей. Но он не умел и выражал свои чувства привычными способами: стремился доставить ей удовольствие, пригласить в интересное место, подарить нечто особенное.

Его ухаживания действовали, Слада всё время была с ним, и Данил хотел, чтобы так оно и оставалось в дальнейшем.

Единственное, чего Хватову немного не хватало, — задушевных бесед. Чтобы о чувствах, о жизни, да хоть даже о бизнесе. Слада — крайне зажатая девушка, лишнего слова из нее не вытянешь. Но всё быть идеально не может, ведь так? Данил и без того был счастлив сверх меры.