Голубка

Как она мужа обнимает? Как чужого! Кто так любимого человека обнимает? Уж я бы, кажется…

– Ну тебя! – отмахнулась Зоя. – Просто ты завидуешь!

– Завидую? – возмутилась Надежда. – Просто я не понимаю, где у мужиков глаза! Вот что он в ней нашел? Ни кожи, ни рожи! А она еще кочевряжится!

И Надежда, полная возмущения, повернулась и пошла прочь со двора. В разрез с мелодией магнитофона с улицы раздался ее низкий голос, затянувший страдания.

Знала Зоя, что Надежда обязательно выкинет что-то подобное. Еще бы! Брат такой статный, а в морской форме – просто красавец. Любая женщина могла бы гордиться таким мужем. Злится Надька, что не она жена Сергея, и потому наговаривает.

Знала, но все же после ухода Надежды призадумалась. Словно бы другими глазами на брата и его жену посмотрела. Да, танцуют они действительно не в обнимку, как другие, а интеллигентно, на расстоянии.

Весь вечер не отходила Зоя от Ирины и Сергея, все пыталась уловить те маленькие приметы нежности, на которые намекала Надежда. Те приметы, что отличают счастливую семейную пару от других, обычных. И чем больше она наблюдала, тем неутешительнее становились ее выводы.

Особенно она огорчилась вечером, когда уже накупали ребятишек и уложили их – одного в старой фамильной люльке, другого в кресле-кровати.

Она слышала из своей спальни, как Ирина разбирает постель. Видела, как брат, заглянув к жене в спальню, сказав что-то, снова отправляется на сеновал!

Тревожно стало на душе у Зои. Выходит, Надька права и у брата с женой что-то не так? Ведь с самого начала, с самого их приезда, она не видела, чтобы брат остался ночевать в доме! Он всегда к ночи уходил на сеновал.

Поначалу она внимания не обратила, воспринимала как должное. Ведь раньше, бывало, Сергей все лето спал на сеновале. Но после едких замечаний Надежды появились всякие мысли…

Зоя долго ворочалась с боку на бок. Не могла уснуть. Ей почему-то стало обидно до слез. Она начала фантазировать вокруг ситуации. Представила, что там, далеко, где они служат, у брата может быть любовница. Как это, должно быть, ужасно! Как страдает Ирина… Да ведь этак брат может уйти от них. Или невестка сама не выдержит и уйдет от него вместе с малышами?

У Зои слезы подступили к горлу. Она всхлипнула. Нет, она обязательно завтра же поговорит с братом! Начистоту!

Утром Зоя побежала доить Зорьку. Ирина и малыши еще спали. А брат уже отфыркивался во дворе под рукомойником. Зоя подоила корову, вышла, а Надежда тут как тут. За молоком пришла!

И раньше она за молоком ходила. Но сегодня Зое показалось – нарочно глаза мозолит! И сарафан надела открытый, вся грудь наружу. Зоя поставила ведро с молоком на стол под березой.

– Банку стерилизовала? – буркнула, не глядя на покупательницу.