Голубая звезда

Аллегро пыталась сосредоточиться одновременно на том, чтобы проследить за их общением и за тем, как вел себя мужчина, который висел на хвосте у Крис. Сидя на вращающемся стуле неподалеку, он уже час не сводил с нее глаз.

Аллегро изучала его профиль. Мужчине было около сорока, волосы темные, средней длины, тонкие губы, нос с небольшой горбинкой. И хотя Аллегро не была полностью уверена, что это тот же человек, которого она видела у особняка, сложен мужчина был почти так же, и ростом мало отличался. Скорее всего, догадка была верной. Он сидел, положив, нога на ногу. Аллегро пригляделась к его подошвам. Рельефный рисунок на подошве был похож на тот, который отпечатался под окнами кабинета. Что было на уме у этого типа? И один ли он с этим связан?"

"Аллегро перевела взгляд на Крис. Все ее движения и то, что она забыла о вине, говорили о том, что с ней что-то не так. Обычно собранная, сдержанная, сейчас она была взвинчена. Ее эмоциональный панцирь был отброшен, теперь она напоминала загнанного в угол зверька или беспомощного ребенка, который не может справиться с ситуацией. В таком состоянии она была слишком уязвима, словно отравлена собственными переживаниями. Очевидно, этой ночью будет не до офиса Гофмана, и оставшиеся страницы дневника, придется снимать в другой раз. Аллегро придется присмотреть за Крис и, возможно, понять, что за человек ее преследует.

Она осознавала, что расставляя приоритеты таким образом, когда на первый план выходила задача защищать Крис, отклоняется от курса. Обычно подход к выполнению заданий строился на эмоциональной отстраненности, что позволяло Аллегро полностью фокусироваться на цели. Но в этом случае инстинкт защиты заставил ее отойти от холодного расчета, которым обычно руководствовались все действии. Все годы она видела слишком много случаев, когда жестокий выбор одних приносил страдания другим. И она всегда чувствовала, что должна утешить невинных, дать им то немногое, что она могла, чтобы сделать ситуацию хотя бы выносимой для них. И что-то в Крис было такое, что взывало к этой части души Аллегро. Да она уже больше, чем полагалось, заботилась о Крис. Оперативников учили обращать внимание на первые же знаки привязанности, эмоций, которые могли затуманить здравый рассудок, которые вызывали рационализацию совершенно немыслимых решений. Конечно, обеспечение того, чтобы с Крис ничего не случилось, было частью ее работы, по крайней мере, пока бриллиант в надежном месте. Но суть была в том, что Аллегро защищала бы ее, вне зависимости от того, как пойдет дело.

Когда Крис и ее спутница поднялись из-за стола, Аллегро поспешно натянула куртку и вышла раньше их. Она спряталась в полутьме закрытых дверей цветочного магазина, который был на первом этаже того же здания.