Головоломка

Браун сунул револьвер в кобуру, подошел к сейфу, и передвинул наборный диск на одно деление влево, потом на два, потом на три, пробуя открыть сейф после каждой попытки, но это не дало никаких результатов. Он попробовал делать то же самое, поворачивая диск вправо, и когда опять ничего не получилось, повернулся к Кратчу и сказал:

— Вот теперь мне нужна рука помощи. Возьмите картину за этот край.

— Нашли что-нибудь? — спросил Кратч.

Браун заколебался.

— Нет.

Они подняли картину и повесили ее на место. Браун отступил на шаг, потом подошел и поправил угол.

— И немного с другой стороны, — подсказал Кратч.

— Как теперь?

— Отлично.

— Ну ладно, пошли отсюда, — сказал Браун.

— Мне бы очень хотелось знать, что в этом сейфе.

— Мне бы тоже. Какие у вас предположения?

— Маленький кусочек фотографии.

— Вы как насчет открывания сейфов?

— Никак.

— Вот и я тоже. Давайте, пошли отсюда.

— Куда вы собираетесь? — спросил Кратч.

— Вы сейчас пойдете и приведете в порядок сигнализацию, а я поеду к Джеральдине Фергюсон.

— Сигнализацию?! Да меня могут арестовать, если застукают за этим делом!

— Кстати, и я могу вас арестовать. Вы здесь незаконно.

— Вы тоже.

— Полицейский на обходе. Шел мимо, увидел открытую дверь, вошел — и пожалуйста — ограбление в самом разгаре.

— Но я же ваш партнер, — запротестовал Кратч.

— У меня уже был один партнер, Альберт Вейнберг; сейчас он в морге.

— Я здесь ни при чем.

— А кто говорит, что вы при чем?

— Карелла.

— Ну, может быть, он просто очень подозрительный человек…

— А вы? Вы что думаете?

— Я думаю, что вы проводили время в компании молодой леди по имени Сюзи Эндикотт с семи тридцати до тех пор, пока к вам не пришел Карелла. Ведь вы ему именно это сказали, правда?

— Да.

— Ну, а почему я должен сомневаться?

— Послушайте, Браун…

— Слушаю.

— Я хочу найти пропавшие деньги, очень хочу. Но не настолько, чтобы из-за этого убивать. Это слишком высокая цена. Даже для моей карьеры.

— О'кей.

— Я просто хочу, чтобы между нами все было ясно.

— Лично мне все ясно, — сказал Браун. — А теперь давайте выметаться отсюда к чертовой матери!"

"Джеральдина Фергюсон была еще в пижаме, когда открыла дверь и увидела Брауна.

— Черт побери! — выругалась она.

— Именно так, мисс Фергюсон, — отозвался Браун. — К вам пожаловал легавый.

— И он это признает?! — удивленно улыбнулась она. — Входите. Люблю честных людей.

Ее гостиная представляла собой продолжение галереи — белые стены, неброская мебель, огромные яркие полотна, изогнутые скульптурные формы на подставках. Джерри прошлась по ковру походкой танцовщицы, покачивая плотно обтянутыми голубой пижамой крепкими бедрами и собранными в хвост волосами.

— Хотите выпить? — спросила она.