Головоломка для практикантки. Фамильный приговор

– Ладно вам ворчать-то, Алена Максимовна, – простодушно отмахнулся от нее старик. – Мне уже на этом свете и делать-то нечего. Кому я нужен? Всех пережил. Нечего мне тут больше делать. И наследство оставить-то некому.

Сиделка осуждающе покачала головой, но промолчала и вышла из комнаты.

– Пейте чай, – Корсунов кивнул в сторону подноса, – а я вам о своем грехе расскажу. Может, это поможет вам в вашем расследовании.

– Спасибо, – поблагодарил Станислав и взял кружку с чаем.

– Так вот, – чуть помолчав и опустив голову, начал рассказывать Корсунов. – Когда Галина сказала нам, что беременна, они в то время с Иваном жили у нас в этой вот квартире. Сын Алексей с семьей тогда уже жил отдельно. Жена моя очень обрадовалась такому известию, но она тогда уже сильно болела. У нее был рак груди. Поэтому я и думать не мог, чтобы ребенок тоже жил с нами. Понимаете, по ночам он бы плакал, а Марте, так звали мою жену, нужен был покой. И потому я выхлопотал по своим каналам квартиру для молодых. А после того, как они переехали, приходит к нам на квартиру как-то молодая женщина, беременная, и срок уже большой – живот так прямо и выпирает. Приходит и заявляет, что она ищет Ивана Данилина. Она, мол, узнала, что он тут живет, и поэтому пришла. Я поначалу думал: может, ошиблись адресом или какая-то родственница Ивана приехала… Поинтересовался. Но оказалось, что она не родственница, а, видите ли, она от нашего зятя ждет ребенка, потому и приехала в Москву из Краснодара его искать. И вот нашла, значит…

Корсунов снова замолчал и тяжело задышал, а потом, чуть отвинтив вентиль на баллоне, взял кислородную маску и, приставив ко рту, несколько раз глубоко вдохнул.

– Хорошо, что моя жена тогда лежала в больнице и всего этого не слышала и не видела, – немного погодя продолжил старик. – Она очень любила Галю, и ей было бы тяжело видеть, как рушится жизнь нашей дочери. Я-то долго церемониться с этой девицей не стал, а дал ей от ворот поворот, заявив, что Иван женат на моей дочери, они счастливы и ждут ребенка, а о ней я даже и не слышал. То есть Иван нам никогда не говорил, что у него в Краснодаре есть девушка. Я назвал ее аферисткой и сказал, чтобы она даже не пыталась искать Ивана. Мол, еще неизвестно, от кого она это дитя нагуляла. Она молча развернулась и ушла, даже не пытаясь что-то мне доказать. Больше я эту женщину никогда не видел. Я даже не сказал никому, что она приходила. Вот так-то…

Корсунов опустил голову, но потом взял со стола чашку с чаем и сделал глоток.

– После этого, – продолжил он, – начались несчастья. Сначала у Гали случился выкидыш. Ей сделали операцию и сказали, что детей она больше иметь не сможет. Через два месяца после этого погибли мой сын Алексей и сноха, а еще через две недели – умерла жена.