Голоса ночи (сборник)

И держись от него подальше!

Он обернулся с внушительным видом. Настя растерянно встретила его взгляд:

– Я и держусь. Но Маша…

– А она пусть с ним разведется, – тот вновь отвернулся. – Только не было бы поздно…

– Что вы имеете в виду?

– Он взял у меня очередной кредит. На какую-то там красную рыбу… Мне, впрочем, все равно, на что – хоть на корону Российской империи. А залогом поставили квартиру твоей подруги.

– Мне во всяком случае всегда платил, – холодно ответил начальник. – Только вот не понимаю, каким образом?

– Почему… – Настя отвела с глаз упавшие волосы и постаралась взглянуть начальнику в лицо. Но это никак не удавалось. Тот все время оставался неуловим, иной раз ей начинало казаться, что перед нею призрак, человек с несколькими лицами. Или вообще без лица. – Почему вы так со мной откровенны? Я просто секретарша!

– Ну и что? Это еще не причина выдавать мне такие тайны.

– Какие там тайны! Все, что я хочу, – это чтобы не пострадала твоя приятельница. Когда я увидел их вместе в ЗАГСе, сразу понял – бедняжке придется туго. Она смотрела на него, как преданная собачонка. Вот все, что меня волнует. Ну, а допрос…

– Не за что. Боюсь только, что ничего толкового я им не смог сказать. Теперь – иди работай.

Настя изумленно встала:

– Ты остаешься на работе. Получаешь прежнюю зарплату. Сейчас посмотри почту и ответь, кому нужно. Сама все знаешь.

Валерьян Тимофеевич вновь углубился в изучение дома напротив: этот маленький двухэтажный особнячок конца девятнадцатого века его будто заворожил. Настя бесшумно вышла из кабинета, плотно прикрыв за собой дверь. Усевшись за компьютер, она некоторое время созерцала свое смутное отражение в темном экране.

«Он должен был меня уволить. Был обязан. Так сделал бы любой. Из-за меня его таскали к следователю. У меня оказался слишком длинный язык. А он…»

Диалог Валерьяна Тимофеевича, утром вызванного в качестве свидетеля, и следователя в самом деле не был слишком содержательным.

– Вы были знакомы с Чистяковой?

– Немного. В лицо узнавал. – Валерьян Тимофеевич расположился с комфортом и обнюхивал очередную сигару, готовясь ее закурить. Казалось, ему было абсолютно все равно, где заниматься этим вредным для здоровья, но элегантным занятием – в собственном офисе, в кабинете следователя или даже в тюрьме. Даже там он с невозмутимо-варварским видом откусил бы кончик сигары, выплюнул его и закурил, подняв крохотные серые глазки к потолку.

– Что-нибудь можете рассказать о ее отношениях с вашим компаньоном?

Тот отрицательно качнул сигарой.

– А о ее прежних браках что-то знали?

– Она была замужем? Поразительно, – Валерьян Тимофеевич нахмурился и вдруг широко улыбнулся, что на этот раз ничуть не украсило его расплющенное мучнистое лицо.