Голоса ночи (сборник)

– Как? – тот было попытался возразить, но тут же сник. – Ну, хорошо. Это ужасно тяжелая история. Я виноват… Но все же видели, что я ее не убивал! И пальцем не тронул!

– О чем вы собирались говорить с нею в кафе?

– О чем и всегда. О том, почему я ее разлюбил, хотя… – Он замялся. – Я никогда и не любил ее. Но за это не сажают!

– В сумочке Чистяковой обнаружены несколько не типичные вещи. – Следователь заглянул в бумаги. – Например, свидетельство о браке с ее мужем, Рудниковым Николаем Константиновичем. Почему она его взяла с собой?

– Она не заговаривала о разводе? Не говорила, что предпочла бы выйти замуж за вас?

– За меня? – Борис истерически рассмеялся. – Это невозможно!

– Так вы это обсуждали?

– Было дело… – Тот захрустел пальцами, но тут же остановился, заметив раздраженную гримасу на лице собеседника. – Она как-то сказала, что я – тот, кого она хочет видеть своим мужем.

– Я… Тогда я впервые задумался о том, что она слишком серьезно смотрит на наши отношения. Ответил, конечно, что нет. Категорически – нет.

– Вы знали, что она замужем?

– Она как-то смутно говорила об этом. Я так и не смог понять, свободна она или только прикидывается. Мне было все равно.

– Она говорила о своих прежних браках?

Борис закурил, предварительно размяв в пальцах сигарету. С жадностью вдохнул дым:

– То есть вы не знали, что она уже в третий раз была замужем?

– Я бы не поверил в такое, даже если бы она сказала.

– Она не похожа на женщину, которая может менять мужей, как перчатки… – Ткнул сигарету в пепельницу, раздавил огонек. – Она была какая-то несчастная, неустроенная… Я жалел ее. Правда, не знаю, почему она решилась умереть. Я не сделал ей ничего плохого. Последние наши встречи… Я имею в виду интимные встречи. – Борис не знал, куда девать глаза. – Это было скорее актом милосердия с моей стороны. Не хотелось травмировать женщину.

– С ее отцом вы знакомы?

– Как долго вы встречались с Чистяковой?

– Несколько месяцев.

– Этого я, простите, припомнить не могу, – Борис выглядел так, будто его долго и безжалостно пинали ногами. – Моя вина в том, что я ее не любил. Ну что я мог сделать, а? Жениться, чтобы она была счастлива? А как насчет меня?

– Можете вы как-то объяснить текст ее записки?

– Я даже не знаю, что там было написано.

– Она написала следующее: «Кто-то должен умереть».

Борис изменился в лице:

– Она… Сошла с ума. Если бы я знал, что она в таком состоянии, я был бы помягче… Потерпел бы с нею еще немножко, помучился… Но поставьте себя на мое место!

И, напоровшись на взгляд следователя, как на колючую проволоку, чуть слышно добавил:

– Я с нею больше не мог.

– Почему у нее в сумке оказалась еще и зубная щетка?

– Простите? – ошеломленно переспросил Борис.

– Зубная щетка, новенькая, в упаковке.