Голоса ночи (сборник)

В воздухе повис ароматный, с древесным оттенком дым. Валерьян Тимофеевич с наслаждением затянулся еще раз. Пепел упал на ковровое покрытие, и он старательно растер его подошвой ботинка.

– Я знаю Бориса уже несколько лет и прямо тебе скажу, он мне не нравится.

– Мне тоже, – быстро ответила девушка.

– Все-таки не нравится? Почему?

Она слегка замялась, а потом сумела выразить свою мысль. Он, Борис Иванович Лукин, – симпатичный, обаятельный, так сказать, позитивный мужчина. Мужчина средних лет, с хорошим доходом, чувством юмора, вкусом, и, наверное, он понравится буквально всем женщинам, которых встретит на жизненном пути. Но ей кажется, что у него всегда что-то есть на уме. Какая-то задняя мысль. А таких людей она боится.

– Так, – кивнул Валерьян Тимофеевич, с наслаждением смакуя очередной клуб дыма. – Так почему же ты не желаешь, чтобы твоя подруга с ним развелась?

Настя грустно взглянула в окно, там раскачивался на ветру пыльный, уже облинявший от пуха тополь. Темнело на глазах, было похоже, что вскоре разразится гроза.

– И это причина, чтобы она страдала?

Девушка не отводила глаз от дерева. Как же оно качалось! Ей вдруг вспомнилась драцена. Когда она в последний раз навестила родной дом, ей предъявили наглядный результат ее безалаберности. Дерево совершенно высохло в своем внушительном дорогом горшке. Листья желтели и опадали с громким сухим стуком. Стволы как будто отощали. Милосерднее всего было бы выбросить драцену, но Настя решила попробовать продлить ей жизнь. Сбегала в магазин, где продавались средства для ухода за растениями, купила флакончик с удобрением и, разведя его в воде, обильно полила драцену.

«Но только напрасно, – подумала она, не сводя глаз с тополя. – Она все равно умрет, как умерла ее хозяйка. Вообще, не нужно мне было ее брать. Нехорошее это было место, и хотя растение не виновато, все равно… Но я еще поборюсь! Мама напрасно паникует – всегда она так!»

– С чего все взяли, что она умрет? – произнесла Настя вслух, все еще глядя в сторону.

Валерьян Тимофеевич вскочил и отшвырнул сигару, та покатилась по полу, рассыпая огненные точки. Настя тоже взметнулась и, инстинктивно испугавшись, растерла огоньки подошвой:

– Кто умрет? – его лицо утратило все краски. Даже природную серую.

– Драцена, – Настя смешалась. – Извините. Я ляпнула, сама не понимала что.

– Господи, – он картинно взялся за сердце. – А я думал, ты о ней.

– Что вы, – Настя уже улыбалась. За окном потемнело еще больше: двор, как кастрюлю, будто накрыли черной крышкой, и через секуду хлынул дождь. Девушка профессиональной ровной походкой секретарши, получающей пятьсот долларов в месяц непонятно за что, подошла к окну и повернула ручку. В комнате сразу стало тише. – Ей ничего не грозит, кроме развода.