Голоса ночи (сборник)

Я не привыкла, да и профессия есть, а родители у Антоши уже не молоденькие… Я даже килограмма картошки не купила. Если бы еще я одна тут была, но собака…

– Собака? – Мария вдруг вспомнила. – Правильно, та самая, из кафе? Котик?

– Владик. Но, знаешь, он забыл это имя. И вообще почему-то в последнее время стал таким тихим, – голос Насти слегка просел, как снег под мартовским солнцем. – Я боюсь, что он болен или просто стар, но как отвести к ветеринару? Тоже нужны деньги, а у меня…

– Я поговорю с мужем, – твердо ответила Мария. – Вечером перезвоню. Ничего, если поздно?

– Никакой разницы. Вы все еще ходите по ресторанам?

– Значит, вы все еще не договорились? – расстроилась девушка. – Но это ничего.

– Спасибо на добром слове, – Мария наблюдала, как по косяку пытается взобраться слабая, с переломанными крыльями муха. Нынче утром она заметила ее на кухне и пришибла. Муха выжила. И теперь отравляла ей жизнь, ворочаясь и жужжа на полу, как неотвязная, противная мысль о том, что ей никак не удается переделать человека, которого она выбрала. Это было отвратительно, как будто она купила туфли, дорогие, красивые, но тесные, в надежде, что сумеет их растянуть с помощью распорок и пластырей на стертых ногах, но с каждым днем все больше убеждалась, что туфли даже не собираются сдаваться, просто-напросто не подходят ей по размеру, и все, что она может от них получить, это кровь, боль, нервный сон, и еще – красивый внешний вид. Да еще гарантийный талон, оформленный в виде свидетельства о браке. Хорошую мину при плохой игре.

– Знаешь, ты напрасно пытаешься заставить его продать дачу, – неожиданно сказала Настя. Она высказала ту самую мысль, которая уже давно мучила ее собеседницу. – Другой выход лучше.

– Который? – вымученно-весело ответила та. – Развод?

– Что ты! Кредит. Он же говорил тебе. Ведь семья – это семья, и все делится пополам…

– Слушай! – разгорячилась девушка. – Проблемы тоже делятся! И если мужчина видит, что на него давят, он не сдается. Назло. Ты…

– Сколько тебе лет? – облила ее ледяной водой Мария. Посчитались годами, и выяснилось, что в матери ей Мария никак не годится. В лучшем случае – в старшие сестры.

– Но опыт у меня есть, – смутилась Настя. – Замуж я не рвалась, но успела понять, или вы вместе, или врозь. Нужно жертвовать собой.

«Да что понимает эта девчонка? – Мария все еще сердилась, но не так остро. – Или… Понимает больше, чем я думаю? Жертвовать?»

– Ты не жми на него. Не торопись. Если вам у вас так тесно, вы можете снять другую квартиру.

– И тратить деньги?!

– Пусть он задумается об этом, – горячо возразила Настя. – А ты – пальцем не шевели. И не упрекай его за рестораны. Вообще, пусть живет, как жил раньше, а то, знаешь… Так он может вообще тебя возненавидеть. Как собака намордник.