Голоса ночи (сборник)

Вчера вечером, добравшись до квартиры Антона и приняв прохладный душ, она долго не могла уснуть, лежа в постели, спустив руку вниз и бессознательно почесывая под ошейником густую шесть прикорнувшей собаки. Мария. Мария и ее муж. Что они ей – что она им? А вот – ее накормили, напоили, усадили в такси… Подарили красивый вечер. Что она дала взамен? Пару улыбок, да и те были некстати. А теперь ей самой хотелось бы куда-то пригласить этих людей, но разве она могла себе это позволить?

Настя беспокойно ворочалась и кусала губы, сама того не замечая. Под дверью все еще виднелась полоска света. На кухне с книгой заседал Антон, и ей даже не требовалось туда входить, чтобы узнать: у него на носу очки, в руке – кружка с остывшим чаем, рядом громко тикают часы, парень всегда ставил будильник, чтобы вовремя лечь спать, – слишком увлекался чтением.

«Не просить же у него? Невозможно. Я-то знаю, сколько он получает. Папа? Мама? Ох, нет. И что тогда? Пригласить тех домой, но куда? Где мой дом? Тут? Это чужая квартира. К родителям? А с какой стати мама будет готовить для посторонних людей? Нет, она не откажется, но разве так можно?»

Настя давно привыкла, что все свои расходы оплачивает сама. Мать даже как-то намекнула ей, что ее брачные неудачи происходят не только из-за излишней честности, но еще и оттого, что она не умеет управлять мужчиной, чего-то просить. Просить девушка и впрямь не умела. Сегодня, впервые за прошедшие дни, ей вдруг стало невыносимо стыдно, что она устроилась в чужом доме, ничего не внося за проживание. И дело было, конечно, не в Антоне и уж тем более не в его родителях.

Они уже успели навестить их на даче: Антон использовал для поездки служебную машину, и заодно, по пути, они заехали на какой-то сельскохозяйственный рынок, где парень по списку купил некие загадочные бутылочки и пакетики. Настя, у которой не имелось никакой растительности, кроме драцены, только посмеивалась. Ее родители тоже любили копаться в земле, да и Костик никогда не отказывался помочь во время каникул… А ей было все равно: проросло – не проросло, поспело – не поспело. Она считала себя абсолютно городским человеком и гордилась этим в глубине души.

Родители Антона очень обрадовались гостям. Настя сразу ощутила их давно знакомыми, на удивление похожими друг на друга людьми. Если бы ее не предупредили, она бы решила, что перед нею брат и сестра.

Это спросила женщина средних лет, с очень веселыми, легкомысленными глазами, как бы подернутыми голубой дымкой. Руки у нее были в земле и сильно загрубели. Настя подтвердила – это она и есть. И немедленно извинилась, что на время устроилась у них в Новогирееве.

Эти слова вызвали бурю эмоций.