Голос сердца

Его Первородный Пламень не стал преградой для моей силы. Конечно, я не убила министра, ведь Рид явно захочет допросить предателя. Но от ментального удара тот оправится еще не скоро.

Удовлетворенно вздохнула и закрыла глаза. Кажется, кто-то бежал ко мне, крича мое имя. Но я этого уже не услышала. Потому что пришел откат. Все те эмоции, которыми одарила своих жертв, вернулись ко мне, многократно усиленные их собственными чувствами. Да, пусть люди, испытавшие их, уже были мертвы или без сознания, но такие вещи никогда не проходят бесследно. Сейчас все это готовилось обрушиться на того, кто мог слышать и чувствовать. На того, кто их породил.

Эта было своего рода расплата за дар, ведь сил на то, чтобы закрыться, у меня уже не оставалось. Эмоции хлынули мощным потоком и безжалостно выбили мое сознание из тела.

* * *Здесь было темно. Абсолютно темно и очень-очень больно. Бурная река из боли, страха и отчаяния несла меня, как крошечную песчинку, куда-то далеко. Туда, где меня ждет вечное ничто.

Мне не хватало сил выбраться оттуда. Кажется, я все еще могла дышать, могла ощущать теплый песок под пальцами, но все эти ощущения тела были как будто бы и не со мной. А душа сейчас рвалась на части. Боль давила на нее со всех сторон, проникая внутрь ядовитыми щупальцами, выкручивала и тянула. В ушах звучал бесконечный многоголосый вопль. Еще чуть-чуть — и все будет кончено.

— Девочка моя… — тихим шелестом послышался чужой голос. — Дионея…

— Да… — выдохнула еле слышно.

— Ты должна поднять щиты.

— Не… не могу… — прохрипела я.

— Знаю, это тяжело, — продолжал уговаривать голос. — Но ты должна постараться. Давай, любовь моя, последнее усилие. А я помогу.

— П-помоги…

Тепло пришло неожиданно. Оно золотистыми искорками разорвало окружавшую меня тьму, успокаивая вымотанный рассудок. Легонько коснулось израненной души, заключая в бережные, но очень крепкие и надежные объятия. И остановило бесконечные полет, дав опору, от которой можно было оттолкнуться.

Собрав остатки сил, я рванулась вперед, туда, где звал до слез любимый голос.

— Щиты, девочка.

Боль отступила на секунду, но этой секунды мне хватило, чтобы чудовищным усилием воли поднять защиту, которая оградила разум от чужих эмоций. Стало оглушительно тихо и удивительно легко. Я распахнула веки, встречаясь взглядом с золотистым пламенем, и снова закрыла их, чтобы провалиться темноту. Только на этот раз мягкую и уютную, ставшую спасительным убежищем для измучанной души.

— Вот теперь все будет хорошо…

ГЛАВА 22

Я просыпалась медленно и лениво. Было так уютно лежать под теплым мягким одеялом, что не хотелось даже открывать глаза. Ничего не болело, не беспокоило, не толкало бежать куда-то. И это было прекрасно.

Повалявшись еще немного, сладко потянулась и распахнула веки.