Голодное сердце

Он часто дышал, его грудь ходила ходуном, и Женевьева заметила, как по его телу пробегает едва заметная дрожь. Она встревоженно прошептала, вглядываясь в лицо:

– Йанур, вам нехорошо? Вам больно?

Внезапно открывшиеся карие глаза с расширенными зрачками были все еще подернуты прозрачной красной пеленой, но уже больше походили на человеческие, без того жуткого вишневого оттенка. Йанур с восхищением и обожанием посмотрел на девушку и прохрипел:

– Мне очень хорошо, Женевьева, и мне не больно! Спасибо, что так щедро поделились своей энергией. Чем я могу отблагодарить вас за это?

Женя нахмурилась и неуверенно спросила:

– Вы хотите заплатить мне за… еду? – Он кивнул и грустно улыбнулся. – Спасибо, не надо, мне тоже было приятно, и я… Э-э…

Она сконфуженно замолчала и, оглянувшись, заметила, с каким веселым удивлением за ними наблюдают все присутствующие люди и рокшане. Ева хмыкнула:

– Когда со мной и Рантаиром это произошло в первый раз, он тоже пытался мне денег дать. Думаю, даже на такой корабль хватило бы, да. – Она, улыбаясь, посмотрела на мужа, который со счастливой улыбкой кивнул и уткнулся носом ей в шею, а Ева продолжила: – И я сейчас очень хорошо представляю, что ты почувствовала в первый раз, взяв Йанура за руку и испытав на себе такой плотный прямой контакт. Со временем ты привыкнешь!

Заметив румянец смущения на щеках тетки, Ева понимающе усмехнулась. Эти двое еще не осознали себя парой, но остальным уже стало ясно – скоро это обязательно произойдет.

Женевьева, с трудом высвободив руку из руки Йанура и не глядя ему в глаза, словно напроказивший ребенок, шмыгнула на свое место и вздрогнула, когда заметила старшего Вайсира, опустившегося в соседнее кресло. Но почему-то почувствовала и облегчение. Значит, она ему не безразлична!

Йанур же, после того как пережил маленькую смерть и новое рождение, просто не мог больше находиться дальше чем на расстоянии метра от своей богини и словно полуслепой двигался за ней, как за персональным лучиком света. Ему не было дела до того, что подумают другие, у него появились цель и путеводная звезда.

Через минуту Дир пригласил всех к столу, накрытому для обеда. При этом Сабрина прочно угнездилась на руках Харнура, с высоты его немаленького роста раздавала всем ценные указания и описывала свои ощущения под общий смех, радуясь вниманию к ее маленькой персоне.

Уже час вся компания, наслаждаясь ужином, внимательно слушала Рантаира и Дара, по очереди рассказывающих землянкам о жизни и традициях Рокшана. Иногда в разговор ненадолго вступал Харнур, но его короткие монологи бесцеремонно прерывались Сабриной, весьма недовольной потерей его полного и безраздельного внимания.