Голод

И теперь в голове раскаленным гвоздем болела мысль о том, что мы из разных миров, и в моем мире я была бы рада гамбургеру из Макдонольдса, а не этой нелепой роскоши, которая была всего лишь пылью и красивой картинкой.

На кого Ричард пытался произвести впечатление, а главное для чего?

Входные двери были распахнуты двумя большими створками, где на ресепшене суетились пара молодых людей в одинаковых фраках и с бархатными бабочками на шее.

- Мисс Вин. Мисс Сноувайт. Добро пожаловать.

Милейше улыбнулся нам один из парней, внешность которых была похожа настолько, что можно было подумать, что они тройняшки, но, лично меня сразу удивило то, что сказанные им слова не были вопросительными.

- Прошу следовать за мной, - его улыбка была сколько обворожительной, сколько ничего не представляющей, когда парень двинулся вперед, а мы, переглянувшись с Софи, прямо за ним.

По ещё одной лестнице, выполненной в том же стиле, что и на улице…наверх.

Второй этаж этого волшебного заведения, оформленного в едином стиле, встретил нас теми же тяжелыми портьерами бежевого цвета вместо дверей, которые висели в восточном стиле, а так же приглушенным светом от огромной хрустальной люстры, которая сияла и переливалась, словно миллион звезд под ночным небом стеклянного купола.

Надо сказать, что убранство второго этажа не было вычурным и подчеркнуто богемным, и, шагнув в эту атмосферу приглушенного света и бежевых тонов, я почувствовала себя уютно и даже немного спокойно.

Да, здесь было роскошно, но не броско.

Здесь не было окон, и всё пространство занимали лишь распахнутые двери стеклянных балконов, откуда лилась ночь, аромат океана, свежей листвы и звучала приятная музыка.

Из балконов доносились звуки воды, словно где-то недалеко был фонтан и шелест листвы.

Но всё это великолепие ушло и растворилось, когда навстречу нам из –за круглого столика поднялись две фигуры – одна в черном, вторая в светлом…высокие, стройные фигуры, которые могли принадлежать богам Олимпа, демонам или ангелам, но только не двум смертным мужчинам с пронзительными синими глазами, в которых полыхали все звезды мира.

С той секунды я больше не видела ничего вокруг, чувствуя, как подкосились мои ноги и задрожали колени, когда дыхание просто пропало.

Я забыла, как нужно дышать, и о чем говорить, когда синие-синие глаза полыхнули горячей волной восторга из-под черных ресниц, медленно и основательно исследуя моё дрожащее тело от кончиков черных туфелек, острые носики которых виднелись из под зауженных на бедрах, брюк. До моего лица, которое медленно, но верно приобретало розоватый оттенок.