Голод

Когда в палату вернулся довольный и как всегда что-то мурлыкающий под нос доктор Ник, я улыбнулась этому ангелу во плоти, приподнявшись на локтях.

- Вот твои таблеточки, - его широкая улыбка была такой искренней и заразительной, что я могла выпить даже яд, если бы он дал мне его вместо таблеток, без доли сомнений и сожалений, - Давай пей, я пока займусь твоей капельницей!

Я послушно протянула ему руку, где в вене на сгибе руки торчал катетер, куда доктор Ник осторожно и ловко присоединил очередной подвешенный мешочек, но заглянув в историю болезни, как всегда торчащую на спинке кровати, чуть нахмурился:

-Ого!... зачем так много-то? – он перевел взгляд своих голубых глаз на меня, - У тебя так сильно рука болит?

- Вы о чем? - с улыбкой посмотрела я на него, не догадываясь, о чем сейчас шла речь.

- Доза снотворного выше обычной нормы. Ич назначил из-за сильных болей?

-Ну да…наверное. По крайней мере, со снотворным я лучше сплю и руку совсем не чувствую, - пожала я беспечно плечом, не понимая в том, какая доза снотворного была большой или нормальной.

По мне лишь бы она была достаточной, чтобы я уснула и увидела во сне доктора Ричарда!

- Ну ладно. Это мы обсудим с доктором Ричардосном позже, - наконец кинул доктор Ник, введя шприцом снотворное, и улыбнувшись мне, прежде чем вышел за дверь, - Отдыхай и поправляйся, Кэтрин! Спокойной ночи!"

"-Спокойной не надо! Надо сладкой, горячей и эротичной, - прошептала я себе под нос, взмолившись небесам о ниспослании мне сна с участием горячего доктора Рича!

Пусть он снова стоит у дверей, прожигая меня своими голодными глазами, пусть будет его вздымающаяся обнаженная грудь!

Сон, приди! Сон, приди! Сон, приди!

Вытянувшись на кровати, я плотно закрыла глаза, считая собственное дыхание, и нетерпеливо ожидая, когда же наконец подействует снотворное, и заберет меня в свой вязкий плен!

Но как всегда это случилось неожиданно и плавно, веки просто стали тяжелыми и разум отключился, погрузившись во тьму.

Тьма кружила вокруг меня, окутывая собой, словно плотным удушливым одеялом.

Не было миллионов звезд и галактик, не было радуги на горизонте и огромной луны

Бескрайний, глубокий, горячий, вздымающийся волнами, которые становились всё выше и выше.

Были грозовые тучи над этим океаном, которые поглощали воды, делая их беспросветно темными, так что теперь не было горизонта.

Вода и тьма просто сливались друг с другом в головокружительный водоворот, погружая меня в самую пучину бури, где пронзали молнии толщу воды насквозь.

Был этот терпкий, завораживающий запах, окутывающий меня, от которого дрожь в моем теле становилась не контролируемой и адской.

Самый крышеносный запах.