Голод 2

Я лишь усмехнулся, удивленно изогнув брови и явно наслаждаясь тем, что она пыталась отгородиться от меня. Так даже интереснее – поймать, завоевать, принудить, научить, наказать….

- А у тебя есть другие кандидатуры на примете?

Даже если какие-то кандидатуры и были, то вряд ли испуганный и метающийся в смятении мозг Кэти, смог бы вспомнить хоть кого-нибудь, когда девушка гордо выпалила:

Глава 41.

- Серьезно?...

Пришло время первого урока, и в предвкушении, я едва не рычал от удовольствия.

Ни говоря больше ни слова, я подошел к ней, обхватив стальной хваткой дрожащее прохладное запястье, пошагав прочь из комнаты, буквально волоча за собой Кэти, которая шипела за моей спиной, безуспешно пытаясь упираться, отчего ее острые каблучки издавали скрипящий звук.

- Что ты делаешь мать твою?!

- Хочу познакомить тебя с этой частью Ада и ее милыми обитателями.

-Но я НЕ ХОЧУ!

Улыбаясь, я лишь демонстративно пожал плечами, чувствуя, как с приближением звуков стонов и свиста плетки, Кэти начала сопротивляться еще более отчаянно, но совершенно безнадежно.

- Ты же голый! – взвизгнула девушка за моей спиной, на что я лишь фыркнул:

- Меня это не смущает…

Последующие после этого не цензурные словечки и выражения развеселили меня так, что в общий зал для публичных действий я ввалился хохочущим и голым, а Кэти перепуганной и бледной."

"Зал представлял собой круглое помещение с множеством диванов, кушеток и массой мягких подушек, оформленных в едином черно-золотом стиле. Полумрак царил здесь круглосуточно, создавая мистическое пространство, где ты мог видеть сотни глаз, отраженных в больших зеркалах, что простирались вставками в черную обивку стен от пола до потолка. Прямо с потолка свисали веревки, и прочие приспособления для игр и наказаний, где были надежно сделаны все необходимые крепления, способные выдержать вес взрослого здорового человека, а на низких отполированных столиках лежали орудия пыток и наслаждения.

Я не знал, какое время суток сейчас было, потерявшись в этом темном мире, полном пороков и греха, но здесь всегда была пара-тройка человек. Если людей в латексе, цепях и наручниках становилось больше 10, а то и 15 это означало, что у простых смертных наступили выходные, которые знающие люди проводили с толком и чувством.

Сейчас здесь было четверо. Трое мужчин и женщина. Связанная практически в позе эмбриона, с коленями, прижатыми к животу, и руками за спиной, которая был подвешена с кляпом во рту.

Трое мужчин были облачены лишь в одни черные латексные штаны, обернувшись при нашем фееричном появлении.

- Присоединяйтесь, - кивнул одни из них, что был по всей видимости доминантом девушки, в приглашающем жесте махнув нам рукой, с зажатым в ней стеком с твердым наконечником- мухобойкой.