《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

– Тело моё, кровь моя, мысли мои и деяния, воля и душа принадлежат вам, великий государь.

Царь едва заметно приподнял брови, слушая клятвы Басмановых.

- Лишь Господь-Бог ведает, идут ли слова от сердца вашего. Да будет мне карой Господней, если обманут буду вами. Некого мне держать подле себя. – вздохнул государь, покачивая головой. - Окружён я злобой людской, подлым ядом в кубках, что подают мне иудовы руки. Нужно мне войско, свирепее коего не будет на земле русской. Заместо бояр со скотской их алчностью да злобою новые люди будут, что вверят мне всех себя. Лишь так не дадим Русь разорвать врагам.

- Мы с вами, государь. – твёрдо произнёс Алексей.

- Вас мало. – царь мотнул головой, медленно перемещаясь тяжёлым взглядом с отца на сына.

- Будет больше. – всё тем же непоколебимо уверенным голосом добавил Алексей. – Мы, безродные, лишь вашей милостью и щедротами государевыми и спасаемся. Не только кровопийцы эти именитые по земле русской ходят, но честные христиане, что чтят и поминают вас, государь, в утренней и вечерней молитве. Вы наш государь, наше спасение и оплот наш.

- Вырвать бы язык твой, коли лжёшь. – произнёс царь, но губы его озарила краткая улыбка.

- Ваша щедрость погубит тебя, государь. – Алексей точно не слышал угроз царя. – Погубит тебя, а нет нам спасения, нет и не будет надежды всей земле русской без тебя, государь. Избалованы бояре вон что учинили со страной! Плехи чёртовы, сидят в имениях своих, да будто бы на службе, скоты. Доброе сердце твоё, государь, но чем отплатили бояре? Добром ли?

- К чему ты ведёшь, Алёша? – хмуро спросил царь.

Жилы на руках его напряглись, едва Басманов стал поносить бояр.

- Да к тому, что пожалованы были им имения, цветущие луга да поля, да земля плодородная, что палку воткни – и та зацветёт.

- Желаешь земель новых? – усмехнулся, точно оскалился государь, покручивая перстень на указательном пальце.

Лицо государя порой искажалось, и один глаз его щурился более, чем другой, отчего взгляд казался и того страшнее.

- Не за себя прошу, - положа руку на сердце, клятвенно произнёс Басманов, - а за тех, кто придёт к тебе безродным оборванцем на службу. Знаю я людей, в чьих сердцах и душах и Бог есть, и ко служению вам, государь-батюшка, готовы, что хоть завтра на смерть во имя вас бросятся без оглядки. Пока они верны тебе, пущай имения их и будут за ними.

- За что ценю тебя, Лёшка, так за дерзость твою. – государь кивнул пару раз. – Ежели не лжёшь ты, веди ко мне этих людей. Лишь Бог ведает, как сердце моё, израненное изменами, жаждет видеть их. Будет наградой им земли пашенные и поля хлебные.

- Да уж, велика награда, ничего не скажешь. – произнёс Фёдор, глубоко вздыхая, блуждая праздным взглядом по расписным узорам палаты.