Осень патриарха. Советская держава в 1945–1953 годах

Но при этом стало очевидно, что Москва де-факто исчерпала все реальные возможности давления на иранское правительство и пошла на уступки Тегерану. В конце марта 1946 г. на встрече с премьер-министром Ахмадом Кавами, вновь вернувшимся во власть, новый советский Посол Иван Васильевич Садчиков проинформировал его о том, что в полуторамесячный срок все советские войска покинут территорию Ирана. При этом в рамках достигнутого компромисса Тегеран дал своё согласие на создание совместного советско-иранского нефтяного консорциума, однако ни по каким другим вопросам на уступки не пошёл, хотя высказал формальное намерение урегулировать свои взаимоотношения с правительством Иранского Азербайджана.

Казалось, основные требования Демократической партии Иранского Азербайджана были учтены. Однако её лидер Д. Пишевари посчитал себя «брошенным на произвол судьбы» и, как показали дальнейшие события, не без основания. За день до полного вывода советских войск И.В. Сталин направил ему личное послание, в котором откровенно писал: «Мне кажется, что Вы неправильно оцениваете сложившуюся обстановку как внутри Ирана, так и в международном разрезе. Конечно, Вы могли бы рассчитывать на успех в деле борьбы за революционные требования азербайджанского народа, если бы советские войска продолжали оставаться в Иране. Но мы не могли их оставлять дальше… главным образом потому, что наличие советских войск в Иране подрывало основы нашей освободительной политики в Европе и Азии. Англичане и американцы говорили нам, что если советские войска могут оставаться в Иране, то почему английские войска не могут оставаться в Египте, Сирии, Индонезии, Греции, а также американские войска — в Китае, Исландии, в Дании. Поэтому мы решили вывести войска из Ирана и Китая, чтобы вырвать из рук англичан и американцев это оружие, развязать освободительное движение в колониях и тем сделать свою освободительную политику более обоснованной и эффективной».

В начале мая 1946 г. эвакуация советских войск была полностью завершена. Однако вскоре после их эвакуации иранское правительство де-факто торпедировало все договорённости с советской стороной и в конце ноября 1946 г. премьер-министр А. Кавама под предлогом выборной кампании ввёл во все провинции страны, включая два мятежных региона, правительственные войска. СССР вынужден был ограничиться только «дружеским предупреждением» в адрес Тегерана, но после ввода правительственных войск в Иранский Азербайджан национально-демократическое движение в этой провинции, как и в Иранском Курдистане, было жёстко подавлено. А летом 1947 г. новый состав Иранского меджлиса, напичканный проамериканской публикой, отказался от ратификации советско-иранского «нефтяного соглашения».