Год полнолуний

Чавканье копыт раздавалось ближе и ближе, пока первый чёрный всадник не выехал на приболоченную поляну. Увидев фалангу, он недоумённо остановился, с силой натянув узду. Конь заржал, попятился.

Рядом с первым всадником появились ещё двое. Они переглянулись, громко завопили и помчались в самый центр фаланги.

Хабреки дружно опустили копья. Конники тут же отвернули и неторопливой трусцою вернулись на исходную позицию.

Тем временем тропинка выпускала по одному всё новых и новых всадников. В длинных чёрных плащах, чёрных округлых шлемах со свисающими на спину конскими хвостами, с длинными острыми пиками и кривыми мечами на боках, они не высказывали ни малейшего испуга. А зря.

Пожалуй, один только Олег точно знал, чем кончится эта схватка. Чёрным слугам Дьявола придётся на своей шкуре опробовать истину, ценой огромной крови отрытую персами две с половиной тысячи лет назад, в битве при Марафоне: лёгкая конница не имеет никаких шансов в схватке с тяжёлой пехотой.

— Во имя Господа! — заорали три десятка чёрных всадников, опустили пики и ринулись в самоубийственную атаку.

Разбрасывая комья грязи, лошади преодолели свободное пространство, с ходу напоролись на безжалостные наконечники копий и отхлынули обратно. На грязи осталось биться в агонии несколько несчастных животных. Оказавшиеся пешими прислужники Дьявола тоже побежали со всех ног, испуганно оглядываясь через плечо. Но на этот раз хабреки не разрушили строя, соблазнившись беззащитными спинами.

Чёрные всадники ненадолго успокоились, негромко что-то обсуждая, громко завопили и дружно ринулись в новую атаку. Но на этот раз конница ударила не в центр, а в правый фланг, разгоняясь вдоль самой границы кустарника. Треск пик, тяжёлые выдохи пехотинцев, жалобное ржание лошадей — сражение всё больше напоминало конскую бойню, а не схватку людей.

Всадники отхлынули в сторону, а вместо них нанёс удар свежий отряд, потом ещё один.

— На что они рассчитывают? — недоумённо спросил Создатель, оглядываясь на ближних селян. Никто не ответил, а чёрные всадники, не жалея коней, нанесли новый удар по сомкнутому строю щитов.

Конному поразить тяжёлого пехотинца практически невозможно — высокий щит закрывает всё тело, шлем спасает голову. Единственное уязвимое место: глаза. Не изобрели пока в этом мире ударостойких стёкол.

Но в глаза ещё нужно попасть, на скаку, уворачиваясь от множества копий, нацеленных на ничем не прикрытое тело, на обнажённого коня. Безнадёжное занятие. И тем не менее всадники разгонялись в новую атаку.

— Копья выше поднимите! — заорал Создатель. — В животы им цельтесь, с коней ссаживайте!

Впервые за день схватку увенчало не лошадиное ржание, а жалобные людские крики.