Год нашей любви

Ты еще не достигла своего потолка. И я знаю, ты кажешься себе неловкой, но есть несколько потрясающих приспособлений, которые помогут сделать твою походку более естественной.

– Есть новые скобы, которые могут и сгибаться, и фиксироваться в зависимости от твоих потребностей. Я думаю, ты действительно хороший кандидат на их использование. Но производитель требует, чтобы ты провела в них не меньше восьми месяцев.

– Но если скобам нужно не меньше восьми месяцев, чтобы доказать свою полезность, разве они могут быть хорошими?

Пэт улыбнулась, как человек, старающийся сохранить терпение.

– Я думаю, они творят чудеса. Но тебе нужно натренировать туловище, торс и ягодицы, чтобы был результат. Подумай об этом. А пока давай поработаем над ползанием.

Я бросила на Пэт затравленный взгляд, так как ползание было самым изматывающим из всего, что мы делали.

– Руки на коврик, пожалуйста, – сказала она.

Со вздохом, едва ли свидетельствующим о желании сотрудничать, я перевернулась, поставив руки на коврик. Затем я выгнула спину, как кошка, и оперлась на свои слабые бедра, приняв позу, отдаленно напоминающую положение на четвереньках. Пэт подправила мои отказывающиеся слушаться ноги.

– Давай, – скомандовала она. – Осталось всего восемь минут.

Я поставила одну руку на мат перед собой.

– Будет легче, если ты будешь использовать противоположные руку и ногу, – сказала она. – Позволь, я покажу.

Пэт тоже опустилась на руки и колени, демонстрируя правильный способ снять нагрузку с ноги, которую я собиралась сдвинуть.

Дверь в кабинет терапии отворилась и послышался голос:

– Вот это да! Дамы на четвереньках!

– Не волнуйся, Пэт, – сказал Хартли, – ты сможешь наказывать меня весь следующий час, а Каллахан потом надерет мне зад в «Крутых клюшках».

– Ты чертовски прав, – сказала я, приземляясь ягодицами на собственные бесполезные голени, хотя делать так было категорически нельзя по причинам нарушения кровообращения. В реабилитационном центре все очень злились, когда я оставалась в этой позе хотя бы секунду.

– Давай, Кори, – сказала Пэт, – мне нужно, чтобы ты доползла до края коврика.

Но я колебалась. Мне очень не хотелось, чтобы Хартли видел, что я ползаю, как пьянчужка, а моя задница при этом виляет туда-сюда. Я поймала взгляд Пэт и слегка качнула головой.

Пэт изучала меня секунду, а потом обратилась к Хартли:

– Ты не мог бы оказать мне услугу? Будь добр, спустись вниз, в регистратуру, и забери мою почту. Я кое-чего жду, а до начала занятия есть еще несколько минут.

– О’кей… – сказал он медленно. – Есть ли еще что-то, что я могу принести вам? Кофе? Белье из химчистки?

– Спасибо, но это все, – ответила Пэт.

Когда он ушел, я приподняла зад и приготовилась ползти.

– Спасибо, – сказала я, понизив голос.