Мандаринка на Новый Год (СИ)

Причем, мальчишки, напоминавшие свои поведением в любое иное время племя команчей во время налета на мирный городок, в присутствии Ника вели себя тише воды, ниже травы.

Потом они вдвоем с Ником гуляли. Жаркий август сменил почти по-летнему теплый сентябрь. Бабье лето. Прозрачное осеннее небо, еще зеленые листья. И, несмотря на тепло дня, вечера уже остужают горячие головы прохладным дыханием.

Они много где побывали. Парки, кафе, кинотеатры. Держались за руки, иногда целовались — почти невинно. Почему-то отсутствие на данный момент возможностей для более интимных встреч не напрягало ни ее, ни его. Ну, или ей так казалось. Зато они говорили, смеялись, обсуждали все, что видели. Время словно замерло, остановилось, давая им… А что может дать время? Только себя. Время быть вместе и ни о чем не думать.

Она боялась думать. Не хотела. Жила одним днем. Почему-то осмысливать свои отношения с Ником ей казалось делом сейчас попросту невозможным. И неправильным. Ей, привыкшей разумно смотреть на вещи, взвешивать, давать оценку и прогнозировать события, не хотелось делать ничего из перечисленного. Ей казалось, что стоит начать копаться в себе — и что-то случится тут же. И после этого она уже не будет прежней.

Впрочем, «что-то» случилось и без ее копания в себе. Наверное, просто потому что оно должно было случиться — рано или поздно.

На часах почти десять, уже темнеет, они припозднились. Впрочем, Ник теперь не зависит от общественного транспорта — вольная птица на зеленом Kawasaki Ninja. На плечах Любы — согретая теплом его тела кожаная куртка, Ник же стоит напротив в тонкой футболке и утверждает, что ему не холодно.

— Ладно, давай прощаться, поздно уже, тебе пора домой.

— Хорошо. Про завтра помнишь?

— Помню, — кивает Люба. — Вечером созвонимся.

— Договорились.

Она протягивает ему шлем, который до этого вертела в руках. Выходит неловко, и шлем падает на асфальт.

— Ой!

— Да ничего страшного, — Ник нагибается, поднимает зеленый пластиковый почти шар.

— Цел?

— Цел. Но примета плохая.

— Что именно?

— Уронить шлем — плохая примета.

— Извини, — это глупо — верить в приметы, но она почему-то расстроена, что так неудачно подала ему шлем.

— Да ерунда. Байкеры просто народ суеверный. Уронить шлем — плохо. Уронить ключ зажигания — вообще засада. Ронял сто раз — и ключи, и шлем. И все живой.

— Мне очень жаль, правда."

"— Не бери в голову, — отмахивается Ник. — Знаешь, Дэн на все плохие приметы как говорит?

— Как?

— Зато в любви повезет, — он усмехается. — Ладно, завтра услышимся.

Целует в щеку, снимает с ее плеч свою куртку. Спустя минуту он уезжает. Парадоксально, но иногда она даже завидует его мотоциклу — тому, как Ник приникает к нему, ложась почти всем корпусом на свое зеленое чудовище.