Детектив под Новый год

Но Даша держится, хотя глаза у нее уже покраснели и опасно блестят.

– Даша, я вас прошу…

– Нет-нет, Мария Васильевна, не буду…

Меня убивает обращение по имени-отчеству, я настолько моложе ее, что могла бы быть ее дочерью. Но Даша непреклонна – как бы я ни просила, бесполезно – все остается по-прежнему. Она говорит, что привыкла звать по имени-отчеству Марину, вот и меня так зовет.

Мы долго сидим с ней, уже темно, в доме все легли спать, а мы все разговариваем, вспоминаем… У нас много общих воспоминаний, много общих знакомых, есть о чем говорить… Она уходит в пять, когда вот-вот начнет светать. Мне-то не привыкать, с моей-то бессонницей и любовью работать ночью. Завтра – вернее, сегодня уже – мы договорились поехать в город, побывать там, где любили бывать с Мариной. Гена согласился нас покатать, а его новый хозяин не возражал.

Честно – может, это и свинство с моей стороны, но я не люблю бывать в их доме. С хозяйкой у нас взаимная нелюбовь. Виола бешено ревнует меня к Марине, раздражается всякий раз, едва слышит от меня ее имя. Я же злюсь, ощущая ее ревность. Кроме того, я постоянно чувствую на себе ее пристальный взгляд, голубые прозрачные глаза Виолы пронзают меня насквозь, как рентген. Я боюсь ее взглядов – она ведьма. Ну, может, не ведьма – ясновидящая. Все равно неприятно. Мне постоянно кажется, что Виола пытается как-то воздействовать на меня, покопаться в моих мыслях. А уж это она умеет…

Полдня провела у Даши, в ее квартирке в городе – погулять не вышло, погода отвратная. Гена забрал меня в обед и увез в поселок. Я улеглась в своей комнате и продремала почти до вечера.

Разбудил меня звук работающего пылесоса. Я осторожно выбираюсь из-под пледа и иду вниз, в гостиную. Господин Хозяин отсутствует, Виола в кресле отрешенно курит сигару и невидящими глазами смотрит в экран выключенного телевизора. Я сажусь рядом и чувствую, что жутко хочу курить, хотя бросила уже давно. Пока я раздумываю над своим невесть откуда взявшимся желанием, перед моим лицом возникает сигарка и зажигалка.

Я вздрагиваю – ничего вслух не говорила, я вообще практически всегда контролирую себя и мысли вслух не произношу. Виола смотрит своими ледяными глазами:

– Никак не привыкнешь? Вот и я устаю иной раз. От ваших мыслей так фигово порой! Я ничего не хочу знать, а вы все думаете, думаете! Кури, это не сигареты. Только не затягивайся.

С сигарами я знакома, как их курят, знаю прекрасно. Но именно эта «Гавана» не доставляет мне никакого удовольствия, только резь в глазах.

– А все потому, что на самом деле тебя мучает чувство вины, – изрекает Виола, и я опять вздрагиваю. – Ты куришь изредка, причем только сигары, но тебя это угнетает – ты хочешь бросить совсем. Не волнуйся, скоро бросишь.