Четвертый год

Через минуту тихо предупредил:

– Дальше страшно: увидеть нас могут и кинуть копье. И попасть.

Олег, не отрываясь от бинокля, прошипел:

– А ближе и не надо. Все что надо, я уже увидел. Гони назад, к «Варягу».

Удур послушно развернул лодочку, заработал веслом. Привстав, Олег посмотрел по сторонам. Почти везде виднелись отблески огня – здесь, в центре архипелага, по островам горели сотни костров. Внушительное зрелище, если смотреть издалека – с высоты корабельной мачты. Но вот вблизи…

Лодка вынеслась на открытую воду, скоро и «Варяг» покажется. Неизвестно, как клоты ориентируются на реке в полной темноте, но факт – корабль Удур найдет и с завязанными глазами. А там Олег прикажет врубить двигатель на полный ход, пустит в небо пару сигнальных ракет. «Находка» стоит на другом берегу, там Паук включит рацию, выслушает сообщение, передаст новости командующим. По коротковолновой связи передадут информацию в поселок, оттуда начнут непрерывно вызывать «Арго». Те должны включать рацию в конце каждого часа и, получив радиограмму, предупредят отряд Кабана.

Ох и засуетится сейчас народ!

Олег, погруженный в свои мысли, не сразу почуял неладное. Несколько мгновений прислушивался к странному шелесту, приближающемуся с Севера, недоуменно спросил:

– Удур, что это там шипит?

– Это вода.

– Не понял – какая вода?

Тут на нос Олегу упала первая капля, следом по скуле скользнула вторая, а через миг на лодку обрушилась стена дождя.

– Это дождь!

– Да, Олег, вода.

– Удур, ты мог бы и раньше предупредить, что дождь начнется!

– Я так и сделал.

– Не помню такого.

– Я же говорил тебе, что перестал видеть звезды."

"Олег, сжав кулаки, накинул куртку на голову. Теперь на ракеты надежды нет – их просто не увидят с другого берега. Придется подкорректировать планы.

И потерять время.

* * *Сергей Платов не был профессиональным мореходом. Всю свою жизнь он провел в городе, где единственную реку можно было местами перепрыгнуть без разбега, а весь флот состоял из прогулочных лодок в искусственном озере городского парка. На этих лодках ему кататься доводилось нечасто.

Зато при желании деревянную лодку он бы мог без труда сколотить сам. К работе с деревом у него был талант, причем талант настоящий – никакой профессиональной подготовки. Просто он всегда знал, куда и что поставить, чем прибить, чем подклинить. С одного взгляда мог обраковать идеальную на вид заготовку или выбрать неказистый с виду обрубок, сотворив из него чудо деревянной инженерии.

То, что на Земле для него было хобби, в этом мире стало работой. Платов занимался модернизацией и ремонтом всех кораблей островитян. Его авторитет в этих вопросах был непререкаем.