Судоплатов. 1920 год

"

"Махновец отстранился — Бля, а красных генералов мы еще точно ни разу не расстреливали. Ладно, шучу! Главное, чтобы он сам про свой генеральский чин молчал. Похоже экспроприация закончилась, по коням! Мы заняли монастырь в Кодрах, в сорока км от Кишинева. Долгое время вроде как этот монастырь был резиденцией митрополита Молдовы. Вокруг монастыря леса, если что прекрасное место для обороны.

Мы последовали примеру махновцев и оседлали предложенных лошадок. Минут через двадцать мы добрались до монастыря, в котором была церковь и величественный собор, в соседнем селе также стояла церковь. Обитель стоит у пруда. А еще дальше виднелись горы. В двухэтажном доме Митрополита Махно устроил свой штаб. Здание имело часы над вторым этажом. Весь двор и все постройки забиты лошадьми и махновцами. У главного въезда у ворот стоят два орудия, у которых у костра греется человек десять, при этом распивая самогон из огромной бутыли. Над воротами плакат: Анархия — мать порядка!

Федос нас проводил в здание — У меня здесь комната, в ней я вас и поселю. А завтра мы и отправимся через границу!

— Это нахрена же ты, Щусь, через границу собрался? — к нам подошел крепкий мужик, немного похожий на Котовского своей круглой наголо обритой головой.

Федос поморщился — Позвольте представить нашего начальника контрразведки Революционной повстанческой армии Украины Леву Задова! Кстати, тоже жид, но свой жид, брат анархист!

Задов выдвинулся вперед — Зиньковский Лев Николаевич! И кого же ты к нам привел, братишка? Это вот вылитый полковник! А может даже генерал! Остальные краснюки до мозга костей. Даже эти дети вовсе не дети, ты посмотри в их глаза убийц. Ты кого привел, Сеня?

Матрос открыл дверь и указал нам внутрь — Располагайтесь, я скажу своему товарищу пару слов!

Мы зашли в комнатушку, в которой стояла застеленная кровать и у маленького окна на деревянной бочке стоял пулемет Максим с заправленной лентой, смотрящий своим рылом на улицу.

А я приоткрыл дверь и подслушивал разговор Задова с другом нашего Федора.

— Федос, ты не охренел? Тащишь в штаб красных диверсантов?

— Проспись, Лева, какие нахрен диверсанты?

— А кого по твоему после уничтожения Врангеля со всем его окружением разыскивали белые по всему Крыму? Вот мои хлопцы сорвали со столба.

Щусь принял бумагу, на которой был напечатан текст — «Разыскиваются за нападение на Генеральный штаб Русской Армии красные диверсанты, каждому около двенадцати лет, могут просить милостыню, особо опасны и вооружены.