Зацепить 13-го

Кав, сосредоточься на игре.

У тебя тренировка.

Не теряй голову из-за девчонки.

Покачав головой, я переключил передачу, пытаясь волевым усилием совладать с собой и уехать.

Не получилось.

Я не мог уехать.

Переведя рычаг на холостой ход, я открыл дверцу, высунулся и крикнул:

— Подожди!

Шаннон остановилась и изумленно уставилась на меня.

— Что такое?

Что ты делаешь, Кав?

За каким хреном ты это делаешь?

— Поехали со мной.

Эти слова вылетели у меня изо рта раньше, чем я успел спохватиться или взять их назад.

— Поехать с тобой… куда? — шепотом спросила Шаннон, и ее взгляд скользнул от меня к дому в конце улицы.

Я не знаю, Шаннон.

Я вообще ничего не знаю.

И совсем не понимаю, что вообще происходит со мной.

Просто интуиция мне подсказывает: оставлять тебя здесь нельзя.

— Куда хочешь, — предложил я, кашлянул и добавил: — Хочешь, просто покатаемся? Или съездим куда-нибудь поесть?

Что за чертовщина со мной творится?

Я увидел, как в ее глазах что-то мелькнуло, и это что-то было до жути похоже на облегчение.

— Ты этого хочешь? — тихо спросила Шаннон. — Хочешь, чтобы я поехала с тобой?

Я неуверенно кивнул.

— Да, Шаннон, — судорожно произнес я. — Я хочу, чтобы ты поехала со мной.

26. Этот парень — герой

ШаннонЯ вернулась в его машину.

Я не представляла, куда мы едем, и вообще не понимала, зачем Джонни, проделав весь этот путь до моего дома, вдруг предложил поехать с ним. Но в тот момент мне на это было плевать.

И на то, что на прошлой неделе он задел мои чувства.

И на то, что я могу попасть в неприятности, потому что провожу время с ним.

Когда он открыл пассажирскую дверцу и предложил убежать на время из ада, именуемого моим родным домом, я попросту откликнулась.

Даже больше чем откликнулась.

Я буквально прыгнула на сиденье.

Минут через сорок пять мы уже сидели друг против друга в городском пабе «Служанки», передо мной стояла наполовину пустая тарелка с супом и бутылка кока-колы, и сердце мое колотилось вовсю.

Едва мы вошли в людный паб, все посетители мгновенно уставились на Джонни.

Даже просто смотреть было жутко, как он пытается справиться со всем этим вниманием.

Меня такое ошеломляло, и я представить не могла, каково Джонни.

Ведь ему было всего семнадцать.

Но как и в тот день на поле, когда его осаждали репортеры, Джонни вел себя очень профессионально: пока мы дожидались официантку, он отвечал на рукопожатия и спокойно выдерживал похлопывания по плечу.

Внимание, оказанное ему, а также его рука на моей талии настолько отвлекали, что я лишь кивнула, когда он наклонился к моему уху и спросил, хочу ли я есть.

Следующие пять минут ушли на разговоры Джонни со случайными людьми, и наконец мы заняли единственный свободный столик в зале.