Гномий Бог

– Опасливо озираясь, шёл к выходу, – доложил державший его под локотки солдат, а его напарник кивнул, – выход второстепенный, им редко пользуются. Только охотники иногда, там рядом лес. И он не из местных, из числа освобожденных узников.

– Что скажешь? – спросил я, – куда собирался, когда задержали?

– Охотник я! – немедленно заявил связанный.

Порылся в сумке, там ничего особенного не было. Нашел бы в ней, к примеру, портальные свитки – другое дело. Это практически гарантия, что это нужный нам человек, учитывая стоимость по двести золотых за свиток и почти тотальную нищету жителей. Для большинства сейчас и одна золотая монета – большие деньги. Но, с другой стороны, и отсутствие свитков еще не гарантия невиновности. Кто мешает держать портальные свитки в тайнике около города, как раз вот на такой случай, если обыщут при выходе из города?"

"– Так, этого оставьте мне, я его к королю отведу, пусть им палач занимается, а вы следуйте обратно на пост! – приказал я. Была у меня идея отправить солдат расспросить местных, что они знают о задержанном, но, поразмыслив, я от нее отказался. Если предателей несколько, то сбор информации об одном из них, несомненно, насторожит остальных. Могут поискать и другие способы передачи информации Меродленту. В этой игре на диво много разных навыков, тысячи, наверное, и в экстренных случаях можно обратиться к кому-то, кто может помочь, располагая каким-нибудь диковинным коммуникационным навыком, а после сеанса связи просто его прирезать и сбросить тело в пропасть.

«Охотник», услышав про короля и палача, заметно сник, но признаваться ни в чем, как я рассчитывал, не стал. Ну что же, его дело, нам тут, в Двалгуине, предатели ни к чему. Сейчас они Меродленту помогают против нас, а потом ещё кому найдут, когда Меродлента изловим, если оставить их на свободе.

Только я собрался вести арестованного к королю, как дверь таверны открылась, и двое моих солдат ввели ещё одного человека со связанными руками:

– Шёл из города один, озирался вокруг, – доложил один из них.

– Ваш пост был у главного выхода? – спросил я.

– Да, у основного! – ответил солдат.

– Много кто видел, как вы его ведете? – спросил я.

– Как и было велено, вели по второстепенным улицам, старались огибать подальше любых прохожих и держаться теней! – получил я ожидаемый мной ответ. Ребята у меня в отряде толковые, работают аккуратно.

– Куда направлялся? – спросил нового арестованного.

– Охотиться, милорд! – робко ответил тот.

В сумке тоже не оказалось ничего лишнего, типичная сумка охотника. Но держался мужик совсем иначе, чем первый задержанный. У первого было какое-то замкнутое поведение с долей упертости, как у фанатика. Он меня даже не назвал милордом, как положено, при общении с целым графом.