Наследница дворянского гнезда

Немного подождав, мистификаторы спустились, подобрали инвентарь и вышли из подъезда.

– К чему был этот маленький спектакль? – не совсем поняла я.

– Он должен был подумать, что таким образом мы, мафия, показываем ему, как мы наказываем и терзаем того, кто подбил его на это гнусное дело.

– Норбекова?

– Наверное. Это Норбеков ему велел старичка порешить?

Немного поразмыслив, я решила, что, в общем, Вася действует вполне грамотно, хотя и несколько театрально. А с другой стороны, мало театра было в моей игре с медсестрой Любкой? С подобными людьми театральность и бутафория только и работали. Дав Васе добро на продолжение игры и привычно наложив грим, я поехала к месту прописки Ирины Волковой.

Машину, как обычно, оставила в соседнем дворе, поднялась на лифте на нужный этаж и, больше для очистки совести, чем в надежде на удачу, нажала на кнопку звонка ее квартиры. Неожиданное «кто там» меня, честно сказать, несколько огорошило.

– Я по делу Волковой, – честно призналась я.

– Заходите, – дверь открыла женщина в возрасте. Старушкой ее назвать было нельзя, но было видно, что ей уже в районе семидесяти.

– Спасибо, что приехали, у меня что-то сердце прихватило, никак не могла до вас добраться. Есть что новенькое про Ирочку?

– Нет, – ответила я, – просто для того, чтобы начать работать, мы сами должны кое-что у вас узнать.

– Ну, что же, работа у вас, в милиции, такая. Спасибо хоть согласились заявление у меня принять. Вы же за заявлением? А то тот парень, к которому я приходила, на смех меня поднял. Говорит, дочка отдыхать уехала, а мамаша панику подняла. Я понимаю, что отпуск у Ирочки еще не закончился, но раньше она никогда не отключала телефон и хотя бы раз в неделю мне звонила, узнавала, как я, что со мной.

Все понятно. Мать Волковой заподозрила неладное и обратилась в милицию. Заявление у нее не приняли, и в этом случае работников милиции можно было понять, женщина официально взяла отпуск и уехала попытаться снять стресс после смерти мужа. Вот если бы она не вышла из отпуска, прогуляла работу, тогда и дело можно было бы заводить. Меня, судя по всему, она приняла за следователя. Что же, в данном случае я не совсем ее и обманываю. Я действительно со всей возможной ответственностью буду искать ее дочь.

Очистив этой мыслью свою совесть, я первым делом попросила фотографию Ирины. Да, это лицо несколько раз мелькнуло и в последнем фотоальбоме Лепнина. Постаравшись хорошенько запомнить черты лица женщины, изображенной на фотокарточке, я начала задавать свои вопросы. То, что рассказала мне мать Волковой, меня несколько удивило. Если не сказать больше.