Король гнева (ЛП)

Они не могли взять с собой в путешествие двоих детей, учитывая, как много они переезжали, поэтому оставили нас на попечение деда. Они сказали, что так будет лучше.

— Они часто навещали вас?

— Максимум раз в год. Они присылали открытки на Рождество и наши дни рождения. — Он говорил сухим, отстраненным тоном. — Лука хранил свои в специальной коробке. Свою я выбросил.

— Мне жаль, — сказала я, мое горло сжалось. — Ты, должно быть, очень скучал по ним.

Данте в то время был еще ребенком, едва ли достаточно взрослым, чтобы понять, почему его родители вдруг появились в один день и исчезли на следующий.

Мои не были идеальными, но я не могла представить, что они бросят меня в доме родственников, чтобы отправиться в путешествие по всему миру.

— Не стоит. Мои родители были правы. Это было к лучшему. — Мы остановились на краю пляжа. — Не обманывайся их гостеприимством, Вивиан. Они суетятся вокруг меня при каждой встрече, потому что видят меня нечасто, и это дает им ощущение, что они выполняют свою родительскую работу. Они приглашают нас поесть, покупают нам красивые вещи и спрашивают о нашей жизни, но, если ты попросишь их остаться рядом в трудные времена, они уйдут.

— А как насчет твоего брата? Какие у него с ними отношения?

— Лука был случайностью. Я был запланирован, потому что им нужен был наследник. Мой дед требовал этого. Но когда появился мой брат... забота о двух детях оказалась слишком тяжелой для моих родителей, и они ушли.

— Так что вместо них за дело взялся твой дед.

— Он был в восторге. — К Данте вернулся сухой тон. — Мой отец разочаровал его в бизнесе, но он мог бы сделать из меня идеального преемника с самого раннего возраста.

Данте был одним из самых успешных генеральных директоров в списке Fortune 500. Он утроил прибыль компании с момента ее прихода к власти, но какой ценой?

— Дай угадаю. Он водил тебя на игровые свидания в зале заседаний и давал тебе мультипликационные объяснения по фондовому рынку? — спросил я, надеясь снять напряжение с его плеч.

Сочувствующая часть меня хотела перейти к более легкой теме; эгоистичная часть хотела копнуть глубже. Это была самая подробная информация о прошлом Данте, и я боялась, что одно неверное слово заставит его снова замкнуться в себе.

В его глазах мелькнуло слабое веселье.

— Почти. Мой дед управлял своим хозяйством так же, как и бизнесом. Он был первым, последним и единственным словом в любом вопросе. Все подчинялось строгим правилам, от времени, когда мы играли, до того, какими хобби нам с Лукой разрешалось заниматься. Мне было семь лет, когда я совершил свою первую экскурсию на завод, десять, когда я начал изучать контракты и переговоры.

Другими словами, он потерял свое детство из—за амбиций своего деда.

За моими ребрами разгорелась глубокая боль.