Король гнева (ЛП)

— Ты пробовала посетить музеи? — спросил я. В таких местах, как Метрополитен и Уитни, регулярно проводились благотворительные вечера и балы.

— Да. Их календари заполнены.

— Я могу позвонить. Освободить место.

— Нет. — Вивиан покачала головой. — Я не хочу ставить кого-то еще в такое же положение, в каком оказалась я, заставляя музей отменить встречу с ними.

Типичная Вивиан. Я не был уверен, впечатлиться мне или возмутиться.

— Нью-Йоркская публичная библиотека? — предложил я.

— Тоже забронировано.

Очевидно, все обычные подозрительные отели тоже были свободны.

Я провел большим пальцем по нижней губе, размышляя.

— Ты могла бы провести его в Вальгалле. — Брови Вивиан взметнулись вверх.

— Они не разрешают проводить сторонние мероприятия.

— Нет, но Бал Наследия очень престижен. Большинство, если не все, члены клуба будут там. Они подумают об этом, если я попрошу их.

Управляющий комитет закатит чертову истерику по этому поводу, но я смогу их убедить.

— Я не могу просить тебя об этом, — настороженно сказала она. Она не была членом клуба, но она жила в нашем мире. Она знала, что за такие вещи платят не деньгами, а одолжениями.

И иногда услуги стоили больше, чем все, что можно купить за деньги.

— Ничего страшного. — Я могу справиться с комитетом по управлению и со всем, что они мне подкинут.

— Это огромное дело.

— Вивиан, — сказал я. — Я разберусь с этим.

Комитет требовал единогласного голосования для утверждения всех решений. Я был «за». Кай, скорее всего, скажет «да». Оставалось убедить еще шесть человек.

У меня было много работы, но я всегда ценил хороший вызов.

Вивиан прикусила зубами нижнюю губу.

— Хорошо, но я все равно рассматриваю альтернативные варианты. Вальгалла будет последним.

— Не позволяй никому из клуба услышать это от тебя, иначе ты действительно попадешь в черный список. Даже я не смогу спасти тебя от девяноста девяти уязвленных самолюбий.

— Принято к сведению. — Ее смех поселился где-то в глубине моей груди, прежде чем утихнуть. — Спасибо, — сказала она, ее лицо смягчилось. — За предложение помощи.

Я прочистил горло, мое лицо странно потеплело.

Официант вернулся с нашими заказами, и я наблюдал, напрягая мышцы, как Вивиан сделала первый глоток.

— Ух ты! — в ее глазах вспыхнуло удивление. — Ты был прав. Это потрясающе.

Мое пожатие соответствовало ее чувствам. Я боялся, что это блюдо не оправдает моих детских воспоминаний, но оно оказалось настолько хорошим, насколько я помнил.

Наш разговор вскоре перешел от работы и еды к эклектичной смеси тем — музыка, кино, путешествия, — пока не перешел в комфортную тишину.

Трудно было поверить, что мы с Вивиан так часто враждовали друг с другом. Если отбросить мою сильную неприязнь к ее семье, общение с ней было похоже на дыхание.

Легко. Без усилий.