Бог Гнева

Не напивайся слишком сильно. Я серьезно.

Я уже собираюсь сказать Глин, чтобы она присмотрела за ней, но тут в окне машины мелькает тень.

Это всего лишь мгновение времени.

Доля секунды — это все, что нужно, чтобы я поймал взгляд темных глаз.

Те самые глаза, о которых я не могу забыть, несмотря на все попытки. Несмотря на то, что убеждаю себя, что он не более чем дьявол, и я должна быть благодарна за то, что он больше не интересуется мной.

Я открываю рот, но он закрывает его рукой. Большая, мужественная рука, от которой у меня перехватывает дыхание.

Или, может быть, это не вся причина моей неспособности дышать или дрожи в конечностях.

— Шшш. Ни звука.

Я глотаю, и это заставляет меня почувствовать его вкус. Оттенок одеколона, дерева и кожи, смешанный с его естественным запахом.

То, что я не смогла бы забыть, даже если бы попыталась.

— Ты пойдешь со мной.

Мое тело вздрагивает по совершенно другой причине, когда я поворачиваюсь и бью его в грудь.

Я вкладываю всю свою силу в этот удар, совершенно не заботясь о том, что он может подчинить меня в мгновение ока. Или что я не подхожу ему физически.

— Я никуда с тобой не пойду. — Я задыхаюсь. — Мы уже закончили.

А он игнорировал меня.

Он бросил меня.

Он дал мне лучший опыт в моей жизни, а потом полностью стер меня.

Он вытащил меня из моего невидимого пузыря только для того, чтобы уничтожить меня.

И это было больно.

Я не понимала, насколько больно, пока не посмотрела в его бездушные глаза минуту назад. Теперь, когда я смотрю на него, на его резкие черты и незатронутое выражение лица, я хочу вонзить ногти в его кожаную куртку, где находится сердце, и вырвать его, может быть, посмотреть, есть ли оно там.

— Да? — он делает шаг вперед, прижимая меня к машине, его губы подрагивают. — Мы только начинаем, Сесилия.

Глава 18

Джереми

Я наблюдал за Сесилией всю ночь напролет.

Внимательно следил за ней с тех пор, как она вышла из приюта и направилась обратно в квартиру, одетая в узкие джинсы и мешковатый свитер. Наушники в ее ушах. Взгляд потерялся на горизонте.

Я остался на мотоцикле за кустами и наблюдал за ее окном, ожидая, когда появится ее фигура, и она появилась, однажды, завернутая в одно лишь полотенце. Ее мокрые серебристые волосы ниспадали каскадом до плеч, и она стояла у окна.

На мгновение мне показалось, что она видит меня, что, как бы стратегически я ни прятался, Сесилия всегда знает, что я рядом.

Но это убеждение длилось лишь до тех пор, пока я не понял, что на самом деле она впала в транс. Она стояла и смотрела, но никаких чувств не было.

Она была там физически, но не мысленно.

Это состояние длилось ровно пятнадцать минут. Пятнадцать минут она оставалась неподвижной, как бездушная статуя.

Пятнадцать минут... небытия.