Гнев смотрящего

– То есть я могу… с ним встретиться? – переспросил осторожный премьер. – И это никоим образом не скажется на моей репутации?

Помощник уверенно помотал головой.

– С Игнатовым встречаются директора крупнейших оборонных заводов, министры, крупные зарубежные дипломаты и бизнесмены… Нет, я полагаю, что формально никаких препятствий для встречи с ним у вас нет. В конце концов, никто ведь не знает, что вы ознакомились с этой бумагой!

И помощник указал взглядом на пять страничек текста, сшитых степлером.

После конфиденциальных консультаций со своими помощниками премьер принял решение о проведении нескольких секретных встреч с руководителями тех отраслей и крупных предприятий, продукция которых еще до кризиса в значительной мере шла на экспорт. О встрече с хозяевами нефтяных компаний премьер думал с отвращением, поскольку считал этих людей жуликами, разворовавшими наиболее доходную в стране отрасль при поддержке своих подельников в правительстве. Немало подобных типов успело внедриться и в обрабатывающую промышленность, однако там большую часть руководителей заводов пока еще составляли люди, сами ступенька за ступенькой поднявшиеся от станка. Их жизненный путь был знаком премьеру, и он считал, что на них можно положиться."

"– Владислав Геннадьевич, – начал он, когда все расселись на диванах в гостиной премьерской дачи, – изложите нам вкратце основную идею вашей докладной записки – возможно, кто-то из присутствующих ее не читал.

Идея была достаточно проста: для того чтобы удержать высокий курс рубля, авторы записки предлагали не допускать в страну долларовую массу, вырученную российскими компаниями от экспорта. Долларовая выручка должна была оставаться в зарубежных банках и использоваться для закупок товаров и оборудования. Таким образом, в России возникал дефицит долларов, из-за которого курс доллара должен был оставаться примерно на том же уровне, что и непосредственно после дефолта. Это позволяло резко повысить конкурентоспособность российских товаров, снизить экономическую выгодность импорта и сделать выгодным экспорт.

– Н-да… – протянул кто-то из присутствующих. – Если просто тормозить валюту за рубежом, то тогда получится, что мы сами будем стимулировать ее невозвращение в страну. А создавать такие банки, как предлагает господин Игнатов, – это утопия. Никто не захочет сделать свои доходы прозрачными.

– Во-первых, предложенная мною схема охватывает весь объем валютной выручки, а не какую-то ее долю, пусть даже и значительную, – заметил Варяг. – Во-вторых, в создании специальных банков и заключается основной смысл проекта.