Гнев ликвидатора

Или болен чем?

– Да нет, не болен, здоров. Но за меня все другие решили. Они уже ждут на дороге. А вон они, я их вижу! Прощай, Володька, говорил же, помру, не увидимся, прав оказался…

Владимир закричал:

– Стой, Андрюха! Тормози!"

"Он хотел рвануться на трассу, по которой удалялся автопоезд брата. Удалялся к широкой, черной пропасти, возникшей ниоткуда. Но почувствовал, как на него кто-то навалился. И сжал рот ладонью. Лазаренко попытался метнуться в сторону и… проснулся. Над ним навис прапорщик Рыжов:

– Что с тобой, командир?

– А? Ты? А где Андрюха?

– Какой Андрюха? Сон, что ли, приснился?

Капитан встряхнул головой:

– Тьфу! Надо же случиться такому. Столько лет жил без сновидений, а тут на тебе!

Прапорщик покачал головой:

– Да, видать, сон не из приятных. Как ты вскрикнул и дернулся к брустверу, я поначалу растерялся. А ты опять, – стой, тормози! Кому стой? Чем тормозить? Потом сообразил, скрутил.

Лазаренко протер капли пота, обильно выступившие на лбу.

– Фу-у! Да-а! Слушай, Рыжий, а мой крик до лагеря не долетел?

– Хрен его знает! Сейчас проверю!

Прапорщик отполз к кустам, взглянул на базу. Доложил:

– Все в порядке! В лагере по-прежнему спокойно.

Капитан вздохнул:

– Хорошо! Как вернемся в Москву, возьму отпуск и в Демидовск. Надо все же навестить родственников. Не хотел, теперь понимаю, что надо. Чует сердце, хреново что-то у них там. Не мешает разобраться!

– Это правильно! Уснуть-то опять сможешь?

– Постараюсь. А нет, вколю снотворное!

– Давай! Я на позиции!

Лазаренко заставил себя уснуть без препарата. И больше никаких снов не видел. Вот только внезапно возникшая тревога щипала сердце, заставляя капитана ворочаться.

В 20.15 Рыжов разбудил Лазаренко:

– Подъем, командир! Духи строятся на развод.

Капитан стряхнул с себя остатки сна, подполз к прапорщику:

– И сколько бандюков вышло на построение?

Прапорщик ответил:

– Двенадцать!

– Группа!

Офицеры усилили внимание.

К построенным в шеренгу наемникам вышел Хамид. Минут пять, осмотрев подчиненных, о чем-то инструктировал их. Рыжов настроил прослушку, но понять язык, на котором говорил помощник Саммада, спецназовцы не смогли, хотя владели пушту. Но бандит использовал другой, незнакомый язык. Впрочем, догадаться, о чем он инструктировал заступающий в наряд караул, было несложно. О бдительности, порядке отдыха и периодичности донесений, о действиях в случае обнаружения посторонних лиц или чего-то подозрительного. В общем, о чем наряд инструктируют и в Российской армии. После инструктажа командир группы отдал звучный приказ, и боевики разошлись парами по четырем направлениям. Двое отошли к блиндажу. Сам командир группы с одним наемником прошел к ближайшей от позиции спецназовцев палатке.

Прапорщик проговорил:

– Вот и дежурку их определили.