Виктор Глухов

Подтирать сопли за ними я не всегда успею. Поэтому, по моему стойкому убеждению, они должны быть готовы защитить себя сами.

Как это у них получалось, я видел, глядя на беспомощно лежащую Эрну в шаге от входной двери. Товарищи встретили ее незамысловато, но бодренько, врезали все вместе по щиту и сразу снесли его. А крошка Мия недолго думая выскочила из толпы и провела свой коронный удар ногой в живот. Я думаю, она жаждала реванша с Торой.

Для анализа подвижки в обучении я стал вести счет вечерам.

Вечер первый. Бездари они и есть бездари. Каждый по разу прошел в дверь и повалялся на полу. Мия разошлась вовсю и била ногой уже в прыжке. В предвкушении очередной расправы она поднимала юбку до колен и с криком "ха!" повергала жертву. Не знаю, что это было, маваши или мае гери, но, когда пришла ее очередь, все товарищи по группе "Б" толкались в проходе, отпихивая друг друга, наверное, чтобы показать ей, как надо правильно бить. При этом я слышал не совсем цензурные выражения из уст девушек.

— Сволочь, — отпихивала Штофа Розина, — отвали, я покажу этой гадине, как надо бить.

— Да пустите меня, — прорывалась Мегги. — "Милорд, я не тронута", — передразнила она Мию. — Да дайте же мне ее тронуть!

Дальше я понял, что Мия только кажется простушкой. Воспользовавшись всеобщим бедламом, она понеслась по кругу (все мои комнаты были смежными и соединялись между собой), и, когда ей перепадало по заду, она только ойкала и ускоряла бег.

Я же сидел на кровати и размышлял, кто первый догадается ее встретить на противоходе? Но вирус глупости, наверное, мгновенно передается по воздуху и застревает надолго. Они пару раз, как стадо носорогов, пронеслись мимо меня. Мия резко сменила направление, заскочила за мою спину и спряталась, обхватив руками и прижавшись всем телом, я слышал, как сильно стучало ее сердце. Носороги проскочили мимо и остановились. На их разгоряченных от бега лицах застыло выражение детской обиды: как же так, жертва от них скрылась!

— Милорд, отдайте ее нам, — стали подступать ко мне девушки, и тон их голосов заставлял задуматься о незавидной судьбе Мии.

Я только развел руками: "Она в домике", — и засмеялся, но продолжить смеха не успел. В меня бабахнули "воздушным кулаком" и смели с кровати вместе с прилипшей девушкой. Дочь ювелира разжала руки, а на меня с криком понеслась орава из одиннадцати обозленных новобранцев. Я вынужден был мгновенно уйти с пути беспощадной лавины, и она захлестнула Мию.

Пока шла расправа, я висел под потолком на крючке от люстры и возмущенно требовал от Шизы объяснений.

— Какой ты ангел-хранитель! Твою мать! Ты что вытворяешь? Где защита? — Я кипел. — Ты что меня позоришь?

— Сам должен быть готов, — отрезала Шиза.