Виктор Глухов

Наглый гость упал в пыль, а Сурна, не поднимаясь, врезала подошвой сапога лохматому в рыло, и тот потерял сознание. Двое остальных ездоков вытаращились, не веря своим глазам. Их товарищ лежал в пыли без чувств, под ногами самки, которая даже не встала, чтобы разделаться с их предводителем.

— Ты умрешь, женщина! — завопил один из них, поднимая копье. — Ты осмелилась поднять руку на мужчину.

Но ведьма исчезла и появилась за их спинами.

— Она не поднимала руку на мужчину, — ответил Прокс. — Вы это сами видели, она ударила его ногой.

Демоны замерли, переваривая сказанное хуманом. Они смешно шевелили губами и морщили лбы.

— Поезжайте и спросите ваших вождей, считается это оскорблением или нет. — Грапп понял, что данный вид демонов особым умом не блещет.

Гости потрясли рогами и, стуча копытами, бросились к своим птицам.

— Эй, шайтана захватите! — крикнул вдогонку Грапп.

После того как гости умчались на своих бегающих птицах, толстяк укоризненно сказал Граппу:

— Не надо было ссориться с племенем. Отдал бы демоницу, и дело с концом. Утром все племя будет здесь стоять.

— А почему ты не захватил свою демоницу для подарка? Было бы еще проще. Неужто денег пожалел? Решил на охране выгадать, караванщик? — Прокс говорил спокойно, но в его интонациях была слышна легкая насмешка.

Демон вступать в перепалку не стал, молча развернулся и ушел в шатер.

Ночь прошла спокойно, а утром дорогу перекрыли всадники на птицах. Было их около пяти десятков, они вопили, улюлюкали и воинственно махали копьями. Потом в один момент все вместе сорвались и понеслись на лагерь… чтобы застрять в болоте. Многие выпали из своеобразных седел и ползали в грязи. Прокс посмотрел на то, как перепачканные демоны, забыв обо всем, тщетно пытались выбраться из ловушки. Потом спокойно пошел к эвбереям. Топь исчезла, но дорога была еще вязкой. Грапп встал неподалеку и стал смотреть на них. Поняв, что демоны так бессмысленно возиться могут еще очень долго, крикнул:

От отряда отделился рогач более крупный, чем другие, и осторожно пробрался к Проксу. Был он уже немолод, шерсть на теле во многих местах серебрилась. Он, ничего не говоря, смотрел на Алеша.

— Я старший охраны каравана Грапп. Чего хотят твои демоны? — спросил он.

— Я второй старейшина Мой-шан, мы пришли наказать виновницу, посмевшую напасть на мужчину.

— Скажи, уважаемый Мой-шан, можно ли считать мужчиной того, кого смогла побить женщина? — Грапп с интересом ждал ответа.

— Вообще-то нет, Грапп, — засмеялся демон. — Но он сын первого старейшины. А это позор для отца и бесчестье для сына.

— А как у вас смывается позор, уважаемый Мой-шан? — Прокс понял, что второй старейшина что-то затеял. Догадаться было нетрудно по его хитрой роже, и участвовать в этом нужно будет кому-то из его отряда.