Виктор Глухов

А я героем хочу быть, подвиги совершать. Принцесс спасать.

— После твоих подвигов, студент, академия неделю восстанавливается. Поэтому подвиги в стенах академии я тебе запрещаю. Но принцесс спасай, это дело благородное. — И он захихикал, хитро скривившись. — Иди, тебя принцесса уже заждалась. Заходил я вечером, видел, в каком виде «ходют» у тебя там спасенные. Срамота одна. Хотя для глаза приятно.

Он развернулся, продолжая гнусно хихикать, и, не прощаясь, ушел в домик охраны.

— Кто там у меня бродит? — удивился я, направляясь к себе. — Не Берта же.

Дома у меня скучала Эрна в своем прозрачном лоскутном пеньюаре. Увидев меня, радостно взвизгнула и бросилась на шею.

— Милорд, я соскучилась! И меня напугал дед-сторож, зашел без стука и уставился своими глазищами. Я его еле выгнала, — обрушила она на меня поток слов.

— А откуда у тебя ключи, Эрна? — разглядывая свой ключ, спросил ее я.

— Нам его Берта отдала, — ни капельки не смущаясь, ответила Эрна. — Чтобы мы уборку делали, пока вас нет. Я делала, делала. А вас все нет и нет.

Она прижалась ко мне горячим телом. Я вздохнул. Вот вам и подтверждение первого закона вселенной: сильны мы, мужики, умом, но слабы плотью. Потом обнял девушку и понес в постель.

В помещение, где пряталась Хельга, зашел Клоп, осторожно постучавшись перед этим. Он присел на краешек кровати и заговорил:

— Блокада отменена, корабли вылетают, но проходят тщательный досмотр. На станции идут повальные аресты. Скоро доберутся и сюда. Ты знаешь, у меня приказ — при невозможности эвакуации уничтожить тебя. — Он не смотрел ей в глаза.

— Я это знаю, Клоп. Вейс загоняет нас в угол и приготовил нам ловушку. Он ждет, что я постараюсь вылететь на каком-нибудь корабле. Но у меня есть для него сюрприз. — Она протянула ему листок. — Вот список того, что мне нужно. Когда вылетает советник?

— Послезавтра, — ответил тот.

— Значит, послезавтра я улечу. — Она, улыбаясь, смотрела на Клопа.

— Полковник, вы хорошо справились со своей работой, это будет отражено в отчете, я беру на себя ответственность за все действия пограничников. Ребят, которые задержали Джими Любера, переведите ко мне во взвод силовой поддержки. В Управлении я их прикрою от мести. — Вейс сидел напротив командира пограничного отряда. — Вот распоряжение о переводе. — Он протянул тому лист приказа.

— Спасибо, господин Вейс, ребята этого не забудут. — Полковник слегка поклонился и вышел. Он был старый и опытный службист, сосланный сюда за неуступчивый характер, и понимал, какой груз взвалил на себя Вейс. После всего случившегося сюда налетят проверяющие, как мошкара на свет. И все они будут пытаться съесть Блюма Вейса.

Когда за пограничником закрылась дверь, Блюм устало потер лицо.

«Думай, старина, — приказал он сам себе. — Думай.