Глубокое наслаждение

Давид вздрогнул от испуга, по его спине прошлись руки, нежно поглаживая. Он резко развернулся и встретился с любопытным взглядом Алекса. Он уже стоял рядом, по его телу стекала вода. Давид повернулся и посмотрел на него с вызовом, но тут же отвернулся к стене, склонив голову вниз.

— Что случилось? — Алекс задал вопрос и ждал ответа, но парень молчал, — Скажи, что случилось, Давид?

— Почему ты здесь? — на вопрос он ответил вопросом.

— А где я должен быть?

— Там, с Марко, — произвольно махнул рукой в сторону.

Давид так и не повернулся, все еще стоял спиной, но чувствовал, как Алекс прожигает его взглядом, как он нервничает, как вокруг сгущается воздух и не избежать ссоры.

Повисла тишина, было слышно, как лишь льется вода и тяжелое дыхание Алекса. И тут происходит нечто неожиданное, мужчина крепко прижимается к спине Давида, обнимает его, сдавливает со всей силой, целует в шею, утыкается в нее носом, вдыхает такой уже родной запах.

— Ну что ты там надумал, скажи мне?

Тихий шепот Алекса в самое ухо, по коже бегут мурашки и так снова щемит сердце Давида.

— Я не надумал, я видел.

— Что ты видел?

— Ты и этот…Марко.

Давид говорит так, словно выплевывает это имя. Не хочет ни думать, ни вспоминать, вообще не хочет ничего. Если сейчас так больно, то как будет, когда он станет не нужен Алексу? А его место займет вот такой, типа этого капитана-красавчика.

— Какой же ты маленький, глупый мальчик еще.

— Да, вот я глупый, а Марко умный, вот и иди к нему!

Давид хочет вырваться из сильных мужских рук, но Алекс его еще сильнее прижимает к себе. Разворачивает, прижимает своим телом к кафельной стене, берет двумя руками лицо Давида, поглаживает большими пальцами его мокрую кожу. Бегает по нему глазами, останавливается на губах.

— Глупый, мой сладкий, глупый и ревнивый мальчик."

"Говорит прямо в губы, а потом целует, жадно, больно засасывая, насилуя его рот. Этот поцелуй лишает воли, по телу проносится сладостная волна, ноги подкашиваются, пульс учащается. Давид не может сопротивляться этим губам на своих губах, этим рукам на своем теле.

— Господи, с ума меня сводишь своей ревностью.

Давид отвечает на поцелуи, трется своим возбужденным членом о бедро Алекса. Целует его шею, вода стекает по их телам, по горячей покрытой бронзовым загаром коже.

— Ревную тебя ужасно, просто разрывает от этого.

— Глупый, это я тебя ревную и так боюсь потерять.

Давид берет в руку набухший член Алекса, проводит несколько раз, так же с его членом делает Алекс, освобождая чувствительную головку, нежно сжимая, лаская.

Все происходит так быстро и стремительно, после откровений о ревности мужчины возбуждены до предела. Алекса переполняют эмоции, он не может себя сдерживать, толкается навстречу кулаку Давида, сжимающего его член.