В глубине Великого Кристалла. Все произведения цикла

Если хочешь, я ее сломаю. А снимки сотру… Я не хотел говорить раньше времени. Потому что думал: тебе в подарок…

— Мне аб-со-лютно не нужны никакие подарки! — заявила Белка и пошла одеваться.

А внутри у нее все уже болезненно звенело: что же она такое наделала! Было так хорошо на свете, и вдруг… Он же правда не хотел ничего такого. Он же правда в подарок… Небо потускнело над Институтскими дворами. И впору было кинуться назад: «Вашек, не обижайся, я это сгоряча! Потому что растерялась!..» Но другая Белка (элизобетонная!), которая иногда оживала в ней, сказала вредным голосом: «С какой стати! Он будет позволять себе всякую дурь, а ты бегать за ним?» И Белка пошла прочь.

И в одиночестве болталась по Институтским дворам, стараясь не слышать разносившиеся по всем закоулкам вопли и визги купавшейся малышни. Долго быть в такой тоске и потерянности она не могла. Надо было принимать какие-то решительные и необычные меры. И она пошла назад к бассейну, чтобы найти Костю. А он сам шел навстречу. Неужели что-то почуял?

Они остановились друг против друга.

— Костя, — отчетливо сказала Белка. — Пойдем в аквапарк. Там аттракционы, вышки для ныряния, водопады. Не то что в этом лягушатнике…

Аквапарк на берегу Городского пруда открылся недавно, о нем каждый день говорили в «Новостях» и писали в газетах. И сразу Белка своими нервами ощутила Костины нервы — как они радостно дрогнули и запели. Ну, не совсем же глупая она! Понимала, как счастлив будет Костя Рытвин пойти с ней куда-нибудь вдвоем.

— Пойдем! — тут же вскинулся он и заулыбался. И… оглянулся на бассейн. И стоял так с полминуты. А когда опять повернулся к Белке, был уже другим.

— Поругались, что ли? — насупленно спросил он.

— Вот еще! Больно надо!

— Понятно… — кивнул Костя и потрогал чехлом ракетки разбитое недавно колено. — Нет, Белка. Не пойдем мы с тобой в аквапарк.

— Ну и не надо! Пойду одна.

— И одна ты не пойдешь… — сказал Костик все тем же ровным тоном.

— Это почему?!

— Потому что сейчас ты пойдешь к Вашеку, — тихо объяснил Костя, глядя из-под темных прядок. — Подойдешь и скажешь: «Вашек, я была глупая, не сердись. Давай помиримся».

«У тебя что, крыша поехала? — вознегодовала «элизобетонная» Белка. — Тоже мне, воспитатель!» А нормальная Белка постояла секунд пять, понурилась и пошла к бассейну. Сперва медленно, потом быстрее, быстрее.

И подошла к Вашеку. И, надув губы, пробормотала то, что велел Костя.

Вашек заулыбался виновато и радостно.

— Да ну, это я сам такой дурак! Думал, что будет лучше, а не подумал… Ты не думай, я…

— Да ничего я не думаю, — выговорила Белка с великим облегчением. — Лепи как хочешь и покажешь когда хочешь. О чем тут разговор… А я Сеге нашла еще одну лошадку…

— По шее бы ему, а не лошадку… — выговорил Вашек со счастливой улыбкой.